Римские императоры. Биографический справочник

Historia Augusta пространно восхваляет царствование Александра, как Золотой Век восстановления власти сената. Но такое утверждение, ставшее ядром автобиографического очерка, при всем уважении к историку, следует признать необоснованным. Historia Augusta изображает безобидного юношу идеальным правителем, наделенным многими добродетелями, и приписывает ему авторство административных реформ, близких сердцу самого писателя. Под восстановлением власти сената, по-видимому, подразумевается эпизод, упоминаемый в записях Геродиана: чтобы создать о себе хорошее мнение после разорительного правления Элагабала, Мэса и Мамея сформировали комитет из шестнадцати сенаторов — представительный консультационный орган при несовершеннолетнем наследнике. Далее историк очень точно подмечает, что эти меры подняли лишь престиж сената, но не реальную его власть. В действительности по-прежнему царил непреклонный военный абсолютизм, который не сдавал своих позиций. Даже выслужившийся при Элагабале главный министр Комазон остался во главе управления городом на третий срок; а Мамея и Александр делали все возможное, чтобы завоевать расположение армии, и потому, как утверждает Historia, не стремились к чрезмерному ужесточению дисциплины.

Следует отметить прогрессивные изменения в уголовном законодательстве: наметившаяся тенденция к смягчению наказаний являла резкий контраст с величайшей суровостью суда времен царствования Элагабала. Но, к сожалению, вскоре новый режим стал приобретать отрицательную репутацию. Причины этого не до конца ясны, потому что было произведено пять раздач хлеба населению, а программа общественных работ затронула многие части Империи. Например, в самом Риме были расширены знаменитые бани Нерона, к которым провели новый акведук и пристроили новую библиотеку, и теперь весь комплекс стал называться банями Александра. Более того, существенно снизились налоги, и потери годового дохода компенсировались возросшей пошлиной на предметы роскоши. Тем не менее после предыдущего расточительного правителя государство вынуждено было тщательно выверять все свои расходы. Юный Александр ограничивал себя в личных тратах, тогда как его мать отличалась алчностью, внушавшей, по свидетельству Геродиана, отвращение ее сыну, — но он был слишком послушен, чтобы предпринять действенные контрмеры, и в результате ее жадность и стяжательство помешали успешному правлению.

Эти качества поставили под угрозу и ее собственные позиции, тогда как внешнее военное положение драматически изменилось в худшую сторону. Прежде всего это было вызвано тем, что прежнее владычество Парфии по ту сторону Евфрата сменилось властью Персии. Непрерывные войны с Римом значительно ослабили власть парфян над их вассальными государствами. В числе последних было государство Персеполь, правитель которого, Ардашир, в 223—230 гг. восстал против парфян и сверг их монарха, подчинив все государство династии Сассанидов, названной так в честь его деда. Это новое руководство оказалось для Рима гораздо опаснее прежнего, парфянского. Создав сильное централизованное и националистически настроенное правительство, руководители нового режима с величайшей агрессивностью занялись захватом территорий, стремясь расширить свои владения до древних парфянских границ в Малой /Азии.

В 230 г. Рима достигла весть о том, что Ардашир, преследуя эти цели, вторгся в Месопотамию и угрожал Сирии и другим азиатским провинциям. На следующий год — после бесплодных переговоров — Мамея и Александр отправились на Восток во главе значительной армии. Вторая попытка решить проблему дипломатическими способами тоже не привела к успеху и завершилась ультиматумом Ардашира, который потребовал отдать все указанные им земли. На монетах Александра прославлялась «Верность Армии* (FIDES EXERCITVS, FIDES MILITVM), но то и дело вспыхивали беспорядки, попытки узурпировать власть среди офицеров в Месопотамии, и мятежи в войсках, приведенных из Египта. Тем не менее в 232 г. римляне были достаточно подготовлены, чтобы нанести удары одновременно по трем направлениям: в Армении, в северной части Месопотамии и в ее южной части. Первая колонна действовала успешно и вторглась на территорию Мидии, но на обратном пути серьезно пострадала от суровой зимы; вторая, под командованием императора, не смогла продвинуться достаточно далеко (по-видимому, из-за знойного климата); третья была уничтожена у берегов Евфрата. Так или иначе, римлянам удалось возвратить Месопотамию, а Ардашир на четыре года затих. По возвращении Александра и Ма-меи в Рим в 233 г. первый был удостоен Триумфа, как «Великий Персидский».

Но некоторое время спустя Рим встревожили известия о серьезных волнениях у рейнских и данувийских границ. Дуэт правителей, еще озабоченный персидским кризисом, оказался перед лицом второй угрозы, ознаменовавшей начало новой эпохи, когда Империю почти непрерывно атаковали вдоль всей протяженности ее границ.