Рюриковичи. История династии

Племянник Ивана Ильича — Фёдор Иванович Дмитриев-Мамонов (1723 — 1805) был весьма незаурядной личностью. Начав службу в лейб-гвардии Семёновском полку, под конец своей военной карьеры он дослужился до бригадира. На досуге занимался историей, астрономией, философией и литературными опусами. Одним из его литературных творений был перевод поэмы Ж. Лафонтена «Любовь Психеи и Купидона», на сюжет которой впоследствии И. Ф. Богданович написал свою поэму «Душенька». Называя себя «дворянином-философом», Фёдор Иванович пытался создать даже собственную теорию мироздания, которая у его современников могла вызвать разве что горькую усмешку. Но мания величия Фёдора Ивановича была беспредельной. Один из самых ярких оригиналов своего времени, он отдал дань исторической хронологии, переводам римских поэтов, переложениям псалмов (очевидно, состязаясь с Тредиаковским и Ломоносовым), математическим расчётам, химическим опытам и даже пытался «изучать» историю Китая. Чудачества смоленского помещика в конечном итоге привели к полному разорению всех его имений. Современники приписывали ему жестокое обращение с крепостными, и его поступки, эпатировавшие публику, привлекли наконец внимание Екатерины II. В результате дознания «дворянин-философ» был признан «человеком вне здравого рассудка» и над его имениями учредили опеку.

Внук Фёдора Ивановича — Александр Иванович (1787 — 1836) — генерал-майор, участвовал в русско-французских войнах при Александре I, сражался на Бородинском поле. Современники отмечали его изрядные способности рисовальщика, передавшиеся, очевидно, и его старшему сыну Эммануилу, который оставил графические портреты Гоголя, Хомякова, Языкова и других деятелей культуры того времени.

Гораздо более заметными фигурами были представители младшей ветви Дмитриевых-Мамоновых. Адмирал Василий Афанасьевич (ум. в 1739) командовал Черноморским флотом при императрице Анне Иоанновне. Его сын Матвей (1724 — 1810) дослужился до действительного статского советника, сенатора и президента Вотчинной коллегии. В Москве ему принадлежали большие владения в районе Мамонова переулка (переулок Садовских, недалеко от Тверской). Своим продвижением по службе Матвей Васильевич всецело был обязан сыну Александру (1758 — 1803), адъютанту Г. А. Потёмкина, ставшему одним из фаворитов Екатерины II. По свидетельствам современников, Александр Дмитриев-Мамонов отличался не только красотой, но и умом, образованностью, честностью и скромностью, никогда не пользовался своим влиянием для сведения личных счётов. Милости сыпались на него непрерывно: камергер, генерал-адъютант, наконец, граф Священной Римской империи. В подарок от императрицы он получил замечательное подмосковное имение Дубровицы, ранее принадлежавшее князьям Голицыным. Но фавор Мамонова длился недолго. Он влюбился в фрейлину императрицы княжну Дарью Фёдоровну Щербатову и в 1789 году женился на ней. Плодом этого союза был сын Матвей. Александр Матвеевич оказался единственным из фаворитов Екатерины, сумевшим сохранить добрые отношения с Павлом I. В день коронации нового императора он получил графское Российской Империи достоинство.

Его сын Матвей Александрович (1790 — 1863), человек трагической судьбы, оставил заметный след в истории русского дворянства первой половины XIX века. «Человек изящных и редких качеств, скромный, нравственный. Математик и рисовальщик», он пробовал свои силы и в поэзии. Во время войны 1812 года Матвей Александрович на свои средства сформировал целый полк, получивший официальное название «Московский казачий графа Дмитриева-Мамонова полк». В полку служили, в частности, В. А. Жуковский и кн. П. А. Вяземский. В декабре 1812 года Матвей Александрович был награждён золотой саблей с надписью «За храбрость», а в следующем году произведён в генерал-майоры. Но неуживчивый характер графа мешал его службе: из-за разногласий с командованием полк расформировали, а его основатель через два года подал в отставку.

Матвей Александрович поселился в Дубровицах и решил организовать тайное общество, чему способствовали и его масонские связи. Это общество под названием «Орден русских рыцарей» в действительности никогда не функционировало, что, однако, не помешало некоторым советским историкам называть его одной из самых крупных преддекабристских организаций. К декабристам Матвей Александрович отношения не имел. Проведённые исследования позволяют полагать, что он намеревался основать в России рыцарский орден по типу Ордена тамплиеров. В свои соратники он зачислил очень разных людей, среди них были М. Ф. Орлов, Н. И. Тургенев, граф Ф. П. Толстой (впоследствии вице-президент Академии художеств), Денис Давыдов и даже небезызвестный А. Х. Бенкендорф. Желание Мамонова окружать всё ореолом тайны порождало неверное представление о якобы разветвлённой и сильной организации, готовой к решительным действиям. Образ жизни графа лишь множил загадки. Совершенное затворничество приводило в недоумение.