Читаем Робер Эсно-Пельтри полностью

он рассматривал задачу космического полета с участием человека и обязательным его

возвращением на Землю в отличие от Годдарда *, изучавшего полет в космос отвлеченной массы,

не возвращаемой на Землю. Однако Эсно-Пельтри усложнил задачу: не

1 Имеется в виду работа Годдарда, опубликованная в январе 1920 г. С другими работами Годдарда Эсно-Пельтри, по-

видимому, знаком не был.

101

допуская полета Человека в условиях неЕбсомостй, он считал необходимым сообщать космическому

аппарату постоянное ускорение. «Следует весьма серьезно отнестись к факту уничтожения или

сильного ослабления тяготения. Можно лишь надеяться, что люди, легко переносящие „морскую" и

„воздушную" болезни, перенесут так же и „межпланетную" болезнь. Еще с 1912 г., желая избавить

путешественников от риска, связанного с отсутствием поля тяготения, я думал о создании такого поля

при помощи двигателя аппарата. При этом путешественники сохраняли бы ощущения нормальной

тяжести... Такой способ движения с постоянным ускорением требует расхода энергии гораздо

большего, чем это нужно для получения свободного полета с Земли. Предполагается, что снаряд,

достигнув известной скорости, далее летит без тяги. Вот этот-то переходный момент и опасен в

физиологическом отношении. Однако я не имел возможности изложить решение этой задачи, которое

состояло в постоянном уменьшении ускорения при помощи двигателя. Тогда можно постепенно

приучить организм к переходу. Проверить же это можно будет лишь тогда, когда в нашем распоряжении

окажется атомный двигатель и межпланетный корабль, что, к сожалению, еще далеко» [5, с. 383].

Исходные предпосылки Эсно-Пельтри в задаче о космическом полете — участие в полете человека с

возвращением его на Землю, а значит и создание для космических путешественников комфортных

условий в виде отсутствия невесомости,— определяли все результаты и выводы, полученные им. Это

нужно иметь в виду при знакомстве с его работами. Эсно-Пельтри сохранял удивительное постоянство

этим принятым с самого начала предпосылкам, хотя они отодвигали реализацию полета на

неопределенное время. Он, например, не захотел использовать такой резерв, как ступенчатость ракеты,

хотя Бинг и Годдард указывали на целесообразность такой конструктивной схемы. Эсно-Пельтри,

придя однажды к выводу о нереальности в ближайшее время космического полета, не искал пути,

облегчающие решение задачи, а трезво обсуждал трудности, с которыми придется столкнуться, не

допуская непроверенных решений. Достаточно одного приведенного примера о способности человека

переносить невесомость, чтобы почувствовать бескомпромиссность его инженерных позиций. А ведь

от это-

102

го его прогнозы становились более мрачными, чем у всех остальных пионеров ракетной техники.

Подобное обстоятельство не могло, конечно, не беспокоить Эсно-Пельтри, потому-то он в нескольких

своих работах сравнивал космические полеты «по Годдарду» и «по Эсно-Пельтри». G этого

расхождения он и начал свое сообщение 8 июня 1927 г. на заседании Французского физического

общества. «Результаты, полученные профессором Годдардом и мной, кажутся на первый взгляд

противоречивыми, так как первый считает возможным посылку снаряда в мировое пространство, я же

полагаю пока невозможным послать туда аппарат, способный преодолеть земное притяжение, пока ие

будет найден более мощный источник энергии, вроде радия, какового пока в нашем распоряжении нет.

Однако это противоречие лишь кажущееся и происходит от того, что Годдард и я изучаем вопрос,

исходя из разных точек зрения.

Он хочет просто послать па Луну снаряд с порохом и определить момент взрыва на Луне в телескоп. Я

же исследую транспортировки живых существ со светила на светило и возвращения их на Землю. Я

прекрасно видел возможность посылки небольшой части аппарата на известное расстояние, как о том

свидетельствует формула моего доклада 1912 г. ... но при этом отдавал себе отчет, что для этого

потребуется громадная начальная масса снаряда. Я считал подобный способ неприменимым в случае

полета существ. В последнем случае... начальная масса должна быть не в 600 раз, а в несколько тысяч

раз больше конечной массы, если только желать, чтобы путешественники не были раздавлены при

взлете, как это должно было быть с героями Жюля Верна при вылете их из пушки, да еще и по

другим... соображениям» [5, с. 338, 339],

Чтобы понять научные позиции Эсно-Пельтри в области космонавтики, необходимо дать подробный

анализ его работы, опубликованной в 1928 г. по материалам сообщения, о котором идет речь. Все

остальные работы Эсно-Пельтри на эту тему содержат работу 1928 г. в качестве основной составной

части и дополняются лишь более детальными результатами по отдельным частным вопросам.

Работа Эсно-Пельтри 1928 г. разбита на пять глав и посвящена рассмотрению всего того круга

основных вопросов, с которыми приходится сталкиваться и современному исследователю.

103

Первая глава посвящена выбору наиболее экономичной формы ракеты. Решение этой задачи

проводится с помощью весьма оригинальной условной классификации ракет, позволяющей

Перейти на страницу:

Все книги серии Научно-биографическая серия

Похожие книги

Рахманинов
Рахманинов

Книга о выдающемся музыканте XX века, чьё уникальное творчество (великий композитор, блестящий пианист, вдумчивый дирижёр,) давно покорило материки и народы, а громкая слава и популярность исполнительства могут соперничать лишь с мировой славой П. И. Чайковского. «Странствующий музыкант» — так с юности повторял Сергей Рахманинов. Бесприютное детство, неустроенная жизнь, скитания из дома в дом: Зверев, Сатины, временное пристанище у друзей, комнаты внаём… Те же скитания и внутри личной жизни. На чужбине он как будто напророчил сам себе знакомое поприще — стал скитальцем, странствующим музыкантом, который принёс с собой русский мелос и русскую душу, без которых не мог сочинять. Судьба отечества не могла не задевать его «заграничной жизни». Помощь русским по всему миру, посылки нуждающимся, пожертвования на оборону и Красную армию — всех благодеяний музыканта не перечислить. Но главное — музыка Рахманинова поддерживала людские души. Соединяя их в годины беды и победы, автор книги сумел ёмко и выразительно воссоздать образ музыканта и Человека с большой буквы.знак информационной продукции 16 +

Сергей Романович Федякин

Биографии и Мемуары / Музыка / Прочее / Документальное
Третий звонок
Третий звонок

В этой книге Михаил Козаков рассказывает о крутом повороте судьбы – своем переезде в Тель-Авив, о работе и жизни там, о возвращении в Россию…Израиль подарил незабываемый творческий опыт – играть на сцене и ставить спектакли на иврите. Там же актер преподавал в театральной студии Нисона Натива, создал «Русскую антрепризу Михаила Козакова» и, конечно, вел дневники.«Работа – это лекарство от всех бед. Я отдыхать не очень умею, не знаю, как это делается, но я сам выбрал себе такой путь». Когда он вернулся на родину, сбылись мечты сыграть шекспировских Шейлока и Лира, снять новые телефильмы, поставить театральные и музыкально-поэтические спектакли.Книга «Третий звонок» не подведение итогов: «После третьего звонка для меня начинается момент истины: я выхожу на сцену…»В 2011 году Михаила Козакова не стало. Но его размышления и воспоминания всегда будут жить на страницах автобиографической книги.

Михаил Михайлович Козаков , Карина Саркисьянц

Биографии и Мемуары / Театр / Психология / Образование и наука / Документальное