Роковой Париж (СИ)

Ю: Я понимаю, что ты до сих пор злишься и не хочешь со мной общаться, но знай, что ты мне очень дорог.

Ю: Петя, я не сплю три дня, схожу с ума от твоего молчания. Я не могу без тебя.

Он ответил девушке в Skype:

П: Юля, не волнуйся. Спасибо за помощь. У меня уже всё хорошо, но временно был без связи. Я дома. Всё нормально. Прости, что стал причиной твоих беспокойств.

Он понимал, что сообщение получилось сухое, без эмоций, но по-другому не мог. Пётр так долго строил внутри себя стену, чтобы оградиться от чувств к Юле, что это уже вошло в привычку, и даже её волнение не сломило барьер отчужденности.

Юля ответила.

Ю: Петя, слава Богу, ты жив. Я тут места себе не находила от твоего молчания. Что случилось? Где ты был?

П: Это долгая история. Не для Skype. Сейчас всё хорошо, не беспокойся.

Ю: Может, созвонимся? Я так хочу с тобой поговорить.

П: Я этого не хочу. Прости.

Ю: Рада, что ты жив и здоров, это самое главное для меня!

Пётр обзванивал всех: родителей, Катю, друзей, коллег, всех поблагодарил и попросил прощение за доставленные из-за него неудобства.

Мужчина привёл себя в порядок: искупался, побрился, — и почувствовал себя человеком. Зашёл на кухню: за столом в обнимку сидели Саша с Аней, спокойно разговаривали и пили чай. Пётр улыбнулся идиллической картине.

— Ты похудел, — отметила Аня.

— Странно, — усмехнулся он. — Кормили-то меня на убой. — Пётр обвёл кухню взглядом, остановил взгляд на парочке. — Мне кажется, вам давно пора жить отдельно.

И вдруг понял, как Саша с Аней стали ему дороги, после пережитого он с каким-то трепетом стал относиться к тем, кто рядом. Что-то перемкнуло в голове, как звук снятого предохранителя возле виска: Саша с Аней, ребята из его команды давно стали его семьёй, он в любой момент мог на них положиться, но не хотел, ведь привык рассчитывать на себя, на свои силы. Но ведь будь он один — лежал бы трупом в каком-нибудь лесу. Пётр понял, как сильно на самом деле привязался ко всем, осознал, что у него есть люди, которые в случае его смерти почувствуют потерю, и Юля была в их числе, она бы сильно расстроилась, Пётр даже подумал, что если он погибнет, лучше бы она об этом никогда не узнала.

Сейчас мужчина совсем не хотел жить в одиночестве, но понимал, что Саша и Аня вместе, он им не нужен и только мешает.

— Мы тебе так надоели? — улыбнулся Саша. — Зависть, знаешь ли, плохое чувство!

— Думаю, вы сами устали от моего соседства, — улыбнулся в ответ Пётр.

— Я уже привыкла, что ты где-то рядом, — пожала плечами Аня.

— С голоду помрёшь без нас, — усмехнулся Саша.

— Ну, как хотите, — не стал спорить Пётр, и внутренне был рад тому, что ему не придётся жить одному.

Пётр хотел обсудить произошедшее, но после обыска подозревал, что их могут прослушивать. Стояли майские праздники, на улице было тепло, и Пётр предложил прогуляться.

— Вы как? — спросил он, выйдя во двор. — Что у вас спрашивали?

— Много чего, — рассказывал Саша. — Последний допрос о тебе, каждый твой шаг с момента переезда в Новороссийск. Где-то ты кому-то дорогу перешёл.

— И я даже знаю кому, — Пётр пристально посмотрел на Аню. — Ань, почему ты мне не рассказала про своё прошлое? Ушаков больной, он бы меня пристрелил на том приёме, о чём ты думала, когда поперлась туда со мной?