Роль морских сил в мировой истории

Сражение вынудило англичан бездействовать в течение шести недель до тех пор, пока Monmouth не прошел ремонт. К сожалению для Сюффрена, обстановка не позволяла ему осуществить нападение немедленно. Его эскадре не хватало людей, припасов и, особенно, запасного рангоута и такелажа. В официальном донесении после сражения он писал: «У меня совершенно нет запасного материала для исправления такелажа, эскадре необходимы как минимум двенадцать запасных стенег». Транспортные суда с необходимыми припасами ожидались в Галле (на юго– западе острова Шри-Ланка (Цейлон). – Ред.), который вместе с остальной территорией Цейлона, кроме Тринкомали, все еще оставался голландским владением. Поэтому Сюффрен бросил якорь в Батикалоа, южнее Тринкомали. Здесь он находился между Хьюджесом и английскими кораблями, которые могли быть ему присланы, а также занимал выгодную позицию для защиты своего каравана транспортов, который с ним соединился. 3 июня Сюффрен отправился в Транкебар (немного севернее Карикала и Негапатама. – Ред.), голландское владение, где находился две или три недели, угрожая коммуникациям англичан между Мадрасом и Тринкомали. Покинув это место, он взял курс на Куддалур, чтобы связаться с командиром сухопутных сил и Хайдаром Али. Он обнаружил правителя Майсура крайне недовольным отсутствием тесной координации действий с французским генералом. Сюффрен, однако, добился расположения индийца. Хайдар Али высказал пожелание встретиться с французским адмиралом после возвращения из задуманной им тогда военной экспедиции, поскольку, верный своему инстинкту, коммодор был склонен снова поохотиться за английской эскадрой, по нанесении поражения которой намеревался захватить Негапатам. В Сюффрене не было никакой профессиональной ограниченности. Он всегда имел в виду политическую и стратегическую необходимость поддерживать союзные отношения с султаном, контролировать морское побережье и внутренние районы полуострова. Но он также ясно представлял себе, что первым шагом к этому было достижение преобладания на море посредством вывода из строя английской эскадры. Упорство и энергия, с которыми Сюффрен следовал этой цели в чрезвычайно трудных условиях, вместе с его дальновидностью заметно возвышают этого адмирала над когортой французских флотоводцев. Они были равны ему по смелости, но связаны путами ложных традиций и приверженности ложным целям.

Между тем Хьюджес, поставив на Monmouth аварийные мачты, ушел в Тринкомали, где корабли его эскадры исправили повреждения, а раненые и больные были переправлены на берег для лечения. Но очевидно, как уже отмечалось прежде, что англичане владели портом слишком мало, чтобы накопить в нем достаточное количество военного снаряжения и припасов. Поэтому Хьюджес жалуется: «Я смогу поставить новые мачты на Monmouth из запасных материалов на борту нескольких кораблей». Однако он располагал большими ресурсами, чем соперник. В то время пока Сюффрен находился в Транкебаре, беспокоя английские коммуникации между Мадрасом и Тринкомали, Хьюджес потихоньку отсиживался в Тринкомали. 23 июня, через день после того, как Сюффрен прибыл в Куддалур, английский адмирал отправился в Негапатам. Таким образом, две эскадры вновь приблизились друг к другу. Сюффрен ускорил свои приготовления к атаке, как только узнал, что его противник находился в месте досягаемости. Хьюджес ждал его выхода в море.