Роль морских сил в мировой истории

Так завершилась эта великая битва, в некотором отношении наиболее примечательная среди всех других морских сражений. Из-за противоречивых сведений ее итоги можно оценить лишь приблизительно. Довольно беспристрастная оценка гласит: «Провинции потеряли в боях 3 вице-адмиралов, 2 тысячи матросов и 4 корабля. Потери англичан составили 5 тысяч убитых и 3 тысячи попавших в плен. Кроме того, они утратили 17 кораблей, 9 из которых попали в руки победителей»[30]. Нет сомнений, что потери англичан были значительно большими, и все это из-за первоначального просчета, состоявшего в отправке большого отряда кораблей в другом направлении. Выделение таких отрядов иногда бывает неизбежным злом, но в данном случае оно не было продиктовано необходимостью. С учетом приближения французов, англичанам надо было бы навалиться всеми своими силами на голландцев до подхода союзников. Это урок и для нашего времени. Второй урок, также актуальный сегодня, состоит в необходимости создания здоровых военных учреждений, занимающихся привитием корпоративного военного духа, чести и дисциплины. Как бы ни были тяжелы первоначальный просчет англичан и их поражение, последствия могли быть еще серьезнее, если бы не высокий боевой дух и мастерство, с которыми подчиненные осуществляли планы Монка, и если бы не отсутствие такой же опоры Рёйтеру со стороны голландцев. Со стороны англичан мы не знаем ничего подобного тому, как два младших командира в критический момент обратились в бегство или как третий командир, руководствующийся ложным пафосом, занял невыгодную позицию перед строем кораблей противника. Даже в этих тяжелых условиях англичане демонстрировали хорошую подготовку и тактическую выучку. Француз де Гиш, наблюдавший сражение Четырех дней, впоследствии писал: «Ничто не сравнится с великолепным строем англичан в морском бою. Не было прямее боевой линии кораблей, чем та, которую выстраивали англичане. Таким образом, они использовали всю свою огневую мощь против приближающегося противника… Они действовали в бою как строй кавалерии, которым управляют согласно правилам и пользуются исключительно для того, чтобы отбить нападение противника. Между тем голландцы наступали как кавалерийская часть, отряды которой покидают строй и идут в атаку разрозненно»[31].

Голландские власти не были расположены нести должные расходы. У них не было военных амбиций. Их убаюкивал длинный ряд легких побед над деградировавшим флотом Испании. Они позволили своему флоту превратиться просто в объединение вооруженных торговых судов. Xуже всего обстояло у них дело во время правления в Англии Кромвеля. Наученные горьким опытом войны с ним, Соединенные провинции под властью даровитого правителя предприняли много усилий для исправления положения, но полного успеха еще не достигли.

«В 1666 году, как и в 1653-м, – пишет французский морской историк, – фортуна, видимо, склонилась на сторону англичан. Из трех сражений в двух они одержали решающие победы, в третьем же хотя и потерпели поражение, но заслужили славу лучших моряков. Это случилось благодаря расчетливой отваге Монка и Руперта, способностей части их адмиралов и капитанов, а также профессионализму находившихся в их подчинении матросов и солдат. Разумные и энергичные усилия, предпринятые властями Соединенных провинций, бесспорное превосходство Рёйтера в таланте и опыте над своими противниками не могли компенсировать отсутствие дисциплины и сноровки у части голландских офицеров, а также явно низкие боевые качества их подчиненных»[32].

Англия, как уже отмечалось, все еще ощущала влияние авторитарного правления Кромвеля на своих военных учреждениях. Но это влияние ослабевало. Перед очередной войной с голландцами Монк умер. Ему нашли неудачную замену в лице роялиста Руперта. Расточительность английского двора лишала флот надлежащего оснащения так же, как и скупость голландских бургомистров. Дворцовое разложение подрывало дисциплину так же неумолимо, как и равнодушие к торговле. Все это явно сказалось через шесть лет, когда флоты двух стран вновь померились силами.

В то время существовала одна хорошо известная особенность всех военных флотов, которая заслуживает попутного комментария, поскольку ее реальное влияние и значение не всегда и, возможно, не всеми осознавались. Командование флотами и отдельными кораблями часто передавалось офицерам сухопутной армии, военным людям, непривычным к морю и не знающим искусства управления кораблем. Этим в таком случае занимался офицер иной профессиональной подготовки. При должном внимании к данным фактам обнаруживается, что это приводило к разладу между управлением боем и управлением маневрами корабля. В этом суть проблемы. Принцип же управления един, какими бы ни были эти маневры. Неудобство и неэффективность такой практики тогда были столь же очевидны, как и сейчас, и логика событий постепенно сосредотачивала эти две функции в руках офицерского корпуса одного вида войск. В результате появился тип современного морского офицера, каким он повсеместно признается[33].