Читаем Ромул. Основатель Вечного города полностью

Читая про эти удивительные события, мы испытываем большое желание выяснить, как повели себя сами девицы, когда нападавшие дерзко схватили их и потащили в город. Сопротивлялись ли они, стараясь освободиться, или покорились судьбе почти без борьбы? По всей видимости, их сопротивление было слабым, ибо молодым римлянам удалось затащить их в город и спрятать там. А может быть, они пытались бороться, но у них не было достаточно сил, чтобы противостоять отчаянным и дерзким захватчикам. Тем не менее, нельзя отрицать, что у женщины достаточно возможностей, чтобы с помощью различных средств оказать практически непреодолимое противодействие любой попытке мужчины похитить ее, если она по-настоящему этого захочет. У нас нет сведений, как обстояло дело в данном случае, и поэтому нет возможности судить о том, как отнеслись к такому грубому способу ухаживания те, кто был его предметом. Известны только события, которые произошли впоследствии.

Когда римляне захватили свою добычу и волокли ее к себе, произошел один эпизод, который надолго запомнился и стал частью свадебной церемонии в Риме. Несколько юношей, очень молодых и низкого происхождения, захватили особенно красивую девушку (пользующуюся почетом и уважением среди своих соплеменниц) и вели ее, как и остальные. Другие молодые римляне, принадлежавшие к патрицианскому сословию, увидев это, решили, что такая прекрасная девица не должна стать добычей плебеев, и пустились в погоню, чтобы выручить ее. Плебеи бросились от них убегать, одновременно выкрикивая «Талассио! Талассио!», что означало «для Талассия». Талассий был молодым аристократом, весьма известным и всеми уважаемым. Решив, что красавица предназначена ему, преследователи сразу смирились с этим и отказались от попыток отбить девушку у плебеев, которым удалось спасти свою добычу. Когда тоже обстоятельства этого дела стали известны, изобретательность молодых плебеев и успех их маневра вызвали всеобщее восхищение. Выражение «Талассио!» вошло в поговорку и стало принято как выражение одобрения и поощрения, которое произносили зрители на свадебных церемониях.

Ромул отдал недвусмысленные и строгие приказы, чтобы с молодыми пленницами обращались любезно и уважительно и отвели их в заранее приготовленные места. Девушки, вне всякого сомнения, пережили сильный испуг, но, видя, что с ними обходятся внимательно и уважительно, за ночь оправились от потрясения и к утру были уже спокойны и полностью овладели собой. А в это время их отцы и братья добрались до своих родных городов с женщинами и детьми, которых спасли, и горели яростью и негодованием на тех, кто так коварно с ними поступил. Разумеется, их очень беспокоила судьба пленниц; они сразу же стали строить планы, как их вызволить и спасти. Ночь прошла в волнениях и тревоге как в самом городе, так и за его пределами. Но если в сердцах пленниц страсти стали понемногу затихать, то гнев и ярость их сограждан разгорались с каждым часом все сильнее.

Когда наступило утро, Ромул приказал, чтобы захваченных девушек собрали и привели к нему, чтобы он мог попросить у них прощения за насилие, которому они подверглись, и объяснить обстоятельства, вынудившие римлян прибегнуть к такому средству.

«Вы не должны, – сказал он, – считать случившееся оскорблением, ибо римляне сделали это не для того, чтобы обесчестить вас или причинить какой-то вред, а только с той целью, чтобы получить вас в законные жены. Вместо того чтобы негодовать на способ, который они избрали, вы должны гордиться им, потому что он доказывает силу любви, которую римляне к вам испытывают. Уверяю вас, что, когда вы станете их женами, к вам будут относиться с нежностью и уважением, к которому вы привыкли, живя под крышами своих отцов. Принуждение, которое мы применили, учитывая важность момента, останется единственной грубостью, с которой вам придется столкнуться. Простите нас за вольность, которую мы себе позволили, и считайте, что вина за нее лежит не на нас, а на ваших отцах и братьях, отвергнувших наши предложения добровольного и мирного союза и вынудивших обратиться к крайним средствам. Ваша судьба, если вы соединитесь с нами, будет великой и славной. Мы захватили вас не для того, чтобы сделать пленницами или рабынями, а чтобы вы приобрели высокое положение в новом растущем государстве, которому суждено стать великим и могущественным, где вы будете главным украшением и достоянием».

Перейти на страницу:

Все книги серии Nomen est omen

Ганнибал: один против Рима
Ганнибал: один против Рима

Оригинальное беллетризованное жизнеописание одного из величайших полководцев в мировой военной истории.О Карфагене, этом извечном враге Древнего Рима, в истории осталось не так много сведений. Тем интересней книга Гарольда Лэмба — уникальная по своей достоверности и оригинальности биография Ганнибала, легендарного предводителя карфагенской армии, жившего в III–II веках до н. э. Его военный талант проявился во время Пунических войн, которыми завершилось многолетнее соперничество между Римом и Карфагеном. И хотя Карфаген пал, идеи Ганнибала в области военной стратегии и тактики легли в основу современной военной науки.О человеке, одно имя которого приводило в трепет и ярость римскую знать, о его яркой, наполненной невероятными победами и трагическими поражениями жизни и повествует эта книга.

Гарольд Лэмб

Биографии и Мемуары / История / Образование и наука / Документальное

Похожие книги

100 знаменитых отечественных художников
100 знаменитых отечественных художников

«Люди, о которых идет речь в этой книге, видели мир не так, как другие. И говорили о нем без слов – цветом, образом, колоритом, выражая с помощью этих средств изобразительного искусства свои мысли, чувства, ощущения и переживания.Искусство знаменитых мастеров чрезвычайно напряженно, сложно, нередко противоречиво, а порой и драматично, как и само время, в которое они творили. Ведь различные события в истории человечества – глобальные общественные катаклизмы, революции, перевороты, мировые войны – изменяли представления о мире и человеке в нем, вызывали переоценку нравственных позиций и эстетических ценностей. Все это не могло не отразиться на путях развития изобразительного искусства ибо, как тонко подметил поэт М. Волошин, "художники – глаза человечества".В творчестве мастеров прошедших эпох – от Средневековья и Возрождения до наших дней – чередовалось, сменяя друг друга, немало художественных направлений. И авторы книги, отбирая перечень знаменитых художников, стремились показать представителей различных направлений и течений в искусстве. Каждое из них имеет право на жизнь, являясь выражением творческого поиска, экспериментов в области формы, сюжета, цветового, композиционного и пространственного решения произведений искусства…»

Мария Щербак , Илья Яковлевич Вагман

Биографии и Мемуары
Лобановский
Лобановский

Книга посвящена выдающемуся футболисту и тренеру Валерию Васильевичу Лобановскому (1939—2002). Тренер «номер один» в советском, а затем украинском футболе, признанный одним из величайших новаторов этой игры во всём мире, Лобановский был сложной фигурой, всегда, при любой власти оставаясь самим собой — и прежде всего профессионалом высочайшего класса. Его прямота и принципиальность многих не устраивали — и отчасти именно это стало причиной возникновения вокруг него различных слухов и домыслов, а иногда и откровенной лжи. Автор книги, спортивный журналист и историк Александр Горбунов, близко знавший Валерия Васильевича и друживший с ним, развенчивает эти мифы, рассказывая о личности выдающегося тренера и приводя множество новых, ранее неизвестных фактов, касающихся истории отечественного спорта.

Александр Аркадьевич Горбунов

Биографии и Мемуары
Истребители
Истребители

Воспоминания Героя Советского Союза маршала авиации Г. В. Зимина посвящены ратным делам, подвигам советских летчиков-истребителей в годы Великой Отечественной войны. На обширном документальном материале автор показывает истоки мужества и героизма воздушных бойцов, их несгибаемую стойкость. Значительное место в мемуарах занимает повествование о людях и свершениях 240-й истребительной авиационной дивизии, которой Г. В. Зимин командовал и с которой прошел боевой путь до Берлина.Интересны размышления автора о командирской гибкости в применении тактических приемов, о причинах наших неудач в начальный период войны, о природе подвига и т. д.Книга рассчитана на массового читателя.

Артем Владимирович Драбкин , Георгий Васильевич Зимин , Арсений Васильевич Ворожейкин

Биографии и Мемуары / Военная документалистика и аналитика / Военная история / История / Проза