Ронин

Весть о поединке в «Шторме» заброшенного сюда судьбой русского великана с известным японским мастером дзю-дзюцу, молнией облетела Вакканай и собрала в таверне множество ценителей боевых единоборств. Хозяин заведения не ограничивал количество зрителей ценой на билеты, делец поступил хитрее – повысил стоимость обслуживания, а представление отодвинул на позднее время. Чтобы не потерять место за столиком, посетители вынуждены заказывать непомерно подорожавшие напитки и закуску. Так что этим вечером «дешёвой публике» с пустыми карманами долго в кабаке не высидеть. Да и ставки на победителя принимались только солидные, с медной мелочью шустрые маклеры не заморачивались. В итоге ценового отбора к началу боя в зале сложился паритет между богатенькими иностранными морячками и японскими фанатами дзю-дзюцу.

Но, несмотря на явный контраст публики, настроение у зрителей было схожим: не любили здесь русского бойца. Почти все ставки шли в пользу известного японского мастера. Сорокалетний борец не проиграл в Вакканай ни одной схватки с заморскими драчунами, которые часто клевали на золотую наживку хозяина «Шторма» и сдуру пёрли на арену. Однако сам непобедимый борец соглашался сразиться только с по-настоящему сильными противниками. Деньги интересовали мастера в последнюю очередь – он сражался за честь японского боевого искусства. Благодаря победам на подпольной арене он обрёл немалую славу и мог содержать собственную школу дзю-дзюцу. Плату за преподавание мастер брал посильную для учеников, а способных поддерживал материально сам. В поединках с незнакомыми соперниками он оттачивал мастерство, как самурай, не позволяющий ржаветь катана в ножнах. Его авторитет в кругах именитых борцов дзю-дзюцу Японии был непререкаемым, даже зазывали преподавать в Токио.

Но в столице в фаворе сейчас новомодное дзюдо, а с Кано Дзигаро и его фанатами провинциальный последователь традиционной борьбы категорически был не согласен. Особенно боевого практика коробило пренебрежение жёсткими реальными схватками. Дзюдо взяло из древнего дзю-дзюцу лучшие приёмы и саму суть мягкого искусства, но исключив травмоопасные приёмы из соревновательных поединков, слишком его размягчило. Боевое искусство превратилось в забаву. Интеллигентные бойцы оттачивали дух и закаляли тело в безопасных схватках без риска для жизни. Сигэёси Хориэ считал такой спортивный подход главным изъяном новой системы. Мастер тоже стремился избегать серьёзных травм в ходе поединков, но риск должен быть реальным – бой настоящим! Только в жарком пламени закаляется сталь смертоносного катана!

Алексей пришёл в таверну задолго до великого мастера и, с помощью Оно Юраку, успел познакомиться с послужным списком чемпиона. Переводчик рассказал казаку о правилах проведения «спортивного» поединка. Алексею понравилось, что ограничений почти не имелось, единственное – не приветствовались удары в глаза, горло и пах. По остальным частям тела разрешалось тузить без зазрения совести: руками, ногами и даже головой, а также душить соперника отворотами его же одежды, применять любые захваты и болевые приёмы. Особо нравились публике броски, когда телом противника трамбовали вздрагивающую арену.

– Широкий арсенал, – довольно потёр ладони азартный борец.

– Алексей, на этот раз, противник серьёзный попался – не играй с ним, – забеспокоился за своего поединщика Андрюха, – вали супостата сразу богатырским ударом.

– Не-е, братья, мне охота приёмчики заморские на себе спытать, – опрометчиво решил повозиться подольше на арене казак. Алексей умел неплохо бить, но вот с бросковой техникой знаком почти не был. Отец Матвей показал в своё время дюжину борцовских ухваток – на том арсенал казака и ограничился. Наставник упирал в обучении на работу с оружием, рукопашка была в последнюю очередь. Да и то, большинство приёмов против вооружённого противника, а удушающие и болевые изучались только в контексте захвата вражеского «языка».

– Может, не надо задирать мастера? – болезненно прокашлявшись, предостерёг Артём. – Уж больно публика в своего драчуна верит.

– Да, ставки все делают только на япошку, – почесав затылок, тоже засомневался Фёдор. – Интересно, с чего же хозяин прибыль с тотализатора возьмёт?

– Маклеры свой процент от любых ставок поимеют, – отмахнулся казначей. – А на «тёмную лошадку» рисковые игроки тоже уповают. Я вот думаю весь наш «золотой запас» на Алексея поставить. Неужто могучий казак не сдюжит с каким-то мелким япошкой?

– Не такой он уж и мелкий, – обернувшись на приветственные крики ликующей публики, узрел соперника казака Артём.

В таверну неспешно зашёл крепко сколоченный зрелый борец в белом кимоно. Ростом он намного уступал Алексею, но в плечах даже чуть пошире. В плавной походке чувствовалась кошачья грация тигра. На каменном лице не отражалось никаких эмоций. Сигэёси Хориэ небрежно кинул в загребущие лапы маклера кошель с деньгами и без лишних слов занял место на краю арены.

– Любопытный дядечка, – встретился глазами с сильным соперником Алексей.