«Room Service». Записки отельера

Под кредиторов идеально подходили друзья и знакомые, сумевшие в советские годы заработать капитал различными способами. И обеспечить себе валютные накопления. Многие из них эмигрировали в лихие девяностые. Но продолжали активное деловое сотрудничество с бывшими соотечественниками, охотно кредитуя под пятнадцать-восемнадцать процентов годовых. И только в валюте.

Банковские переводы за границу в середине девяностых были невозможны. А перевозить наличку «в чемоданах» через границу решались только бесшабашные предприниматели с сильной «крышей». Прихватить за большую сумму «налички» могли - как у нас, так и в любом иностранном аэропорту. И сразу посадить.

Мы в те времена действовали по безопасной схеме - находили тех, кому нужно было регулярно отправлять деньги за границу - родственникам или на свои иностранные счета. Одним гражданам - только туда. Другим - только обратно. Схема работала так. Нам привозили или мы отвозили и передавали необходимую сумму налички. А наши иностранные «кредиторы» - дяди Пети и тети Шуры - тут же переводили валюту на указанные зарубежные счета. Так же действовали и в обратную сторону. Схема прекрасно работала много лет, до начала нулевых, пока в обиход не вошли привычные сейчас банковские валютные кредиты, залоги и ипотеки.

Кстати, с начала нулевых до кризиса 2008 года банковские кредиты в иностранной валюте были очень выгодными для российского бизнеса. Ставки «по валюте» были существенно ниже рублевых. Рубль в тучные «нулевые» постоянно рос, серьезно снижая предприятиям, генерирующим рублевую выручку, затраты на проценты и даже на погашение самого «тела» кредитов. Так, взятый нами в банке кредит в пятьдесят тысяч долларов в 2001 году - через рублевые выплаты   - к 2006 году превращался примерно в тридцать пять тысяч «зеленых». Еще примерно пятнадцать тысяч долларов - через рубли - уходили в банк за пять лет на проценты, превращая изначально взятый кредит в пятьдесят тысяч долларов - по сути, в беспроцентный.

А тогда, десятью годами ранее - в середине девяностых - многие предприимчивые граждане, пользуясь конъюнктурой и активной помощью коммерческих банков, бросились массово создавать «подпольные банки» - конторы по переводу и обналичиванию денежных средств. Они зарабатывали огромные средства на таких операциях. Начался век «обналов».

«Ты что, правда, готов платить пятнадцать годовых - в баксах?», - искренне удивлялся в те времена один из моих однокурсников, уехавший в Германию. К тому времени он уже год получал проценты по выданному нам небольшому кредиту. «Если будешь исправно платить - я подпишу своих немецких соседей, друзей и знакомых. Соберу под себя большую сумму. И буду самостоятельно платить бюргерам пять-семь процентов годовых. А разницу заберу себе», - рассуждал он. «Если одна квартира в Питере сейчас стоит двадцать пять-тридцать тысяч баксов, то одним немецким подъездом мы выкупим тебе всю улицу Марата», - всерьез рассуждал он.

С раннего детства я был близко знаком с пожилой дамой. И вырос у нее на глазах. Женщина много лет дружила с моими родителями. Она в одиночестве вырастила дочь - муж трагически погиб, когда девочка была еще совсем маленькой.

В конце восьмидесятых я окончил школу и переехал в Ленинград. А дама со своей уже взрослой дочерью эмигрировали в США. Мы сохранили близкие и теплые отношения, продолжали общаться, регулярно созванивались и дружили.

Женщина всю жизнь занималась бизнесом. В середине семидесятых дама занялась серьезным бизнесом - отчаянно рисковала, вкладывала деньги в различные проекты, все время что-то покупала и продавала. Она занималась тем, что сейчас принято называть «индивидуальным предпринимательством», «торговлей» или «торговыми операциями». В те времена это было очень опасное и рискованное занятие. Но женщина по своей природе была настоящей «акулой бизнеса», идеальным предпринимателем - сильным, решительным, умеющим идти на компромиссы, надежным и готовым брать на себя риски. Кроме того, ей всегда страстно хотелось хорошо жить. Она имела множество деловых контактов - в разных уголках большой страны. И много времени проводила в разъездах. По советским меркам семья была весьма обеспеченной и ни в чем не нуждалась.

Дама горячо любила дочь. Она баловала девочку, не жалея никаких средств на многочисленных частных преподавателей по всем предметам, бесконечные кружки и секции. И дорогостоящие импортные шмотки.

Будучи властной, жесткой и решительной, она буквально душила свою единственную дочь любовью, заботой и бесконечной опекой, контролируя каждый ее шаг.

Девочка выросла. И заботливая мама активно взялась за устройство личной жизни дочери - вернее за выстраивание «бетонной стены» вокруг любых ее отношений. «Никаких нахлебников, беспородных кобелей и марамоев мы в Америку не повезем», - постоянно твердила любящая мать. «Я точно знаю - им всем нужна не дочь, а Америка», - каждый раз заявляла она, когда на горизонте появлялся очередной ухажер.