Роса небесная. Рассказы о вере и безверии

Раба Божия Людмила воцерковлялась постепенно. Как-то раз, начав соблюдать свой первый Рождественский пост, она заболела ангиной. Сильно воспаленное горло причиняло ей большие страдания. Людмила решила на время прекратить поститься. Она начала пить горячее молоко с маслом для лечения горла и есть прочую скоромную пищу для общего укрепления здоровья. Однако через неделю ее состояние стало намного хуже, чем прежде. Тогда женщина решила посоветоваться со своим приходским священником. Она подошла к нему в храме после службы и сказала:

– Батюшка, я пост нарушила.

– Каким образом? – спросил священник.

Раба Божия Людмила рассказала, почему и как нарушила пост, и ожидала услышать от священника суровое нравоучение. Однако он с улыбкой посмотрел на нее и произнес:

– Ну, и как? Лучше стало?

– Нет, наоборот, хуже.

– Значит, надо прекратить есть скоромную пищу и возобновить пост, – рекомендовал священник.

Людмила последовала его совету, и через два дня от воспаления не осталось и следа. Лечащий врач, осматривая ее, был удивлен внезапному исцелению после затяжной болезни.

Через десять лет раба Божия Людмила стала человеком вполне церковным, начитанным в духовной литературе и хорошо знающим православные традиции. И случилось так, что почти в то же самое время года, как и десять лет назад, у неё заболело горло. Никакие лекарства от ангины ей не помогли, и она решила ради лечения на время прекратить поститься. Вскипятила молоко, опустила в него кусочек нутряного козлиного сала и в обеденное время стала пить это народное средство небольшими глотками.

Очень быстро Людмила почувствовала боль в желудке. К вечеру у нее болел уже весь желудочно-кишечный тракт. Ощущение было такое, будто в животе пылает костер, а внутренности разрезают ножом на кусочки. Ночью страдания женщины достигли предела, и она взмолилась от всего сердца к Богу о помощи, покаявшись при этом в том, что нарушила пост. Боль постепенно стала утихать и к утру прекратилась совсем.

В храме раба Божия Людмила рассказала священнику о случившемся с ней искушении и сама сделала вывод:

– Я считаю, батюшка, это произошло со мной для того, чтобы я не нарушала пост даже во время болезни.

Потом она напомнила священнику о нарушении своего первого поста и о состоявшейся между ними беседе десять лет назад.

– Да, видимо, вы правы в своем выводе, – согласился священник. – Из-за не очень тяжелых болезней нарушать пост нельзя. Тогда, давно, вы были в Церкви новоначальной, и поэтому Господь не только не наказал вас за нарушение поста, но, наоборот, даже подкрепил ваше решение возобновить пост маленьким чудом. Сейчас же вы духовно зрелый человек, поэтому с вас другой спрос и послабления в отношении плоти пресекаются уже более строгими мерами. Наша жизнь – школа. Если мы не хотим учиться добровольно, нас заставляют. Но делается это для нашей же пользы.

Островки

Раб Божий Александр стал христианином еще при советской власти. Тогда, как известно, всякая проповедь о Христе жестоко пресекалась. Поэтому он впервые серьезно задумался о смысле жизни и о вере в Бога только в тридцатилетнем возрасте.

Александр воспитывался в детском доме и с раннего возраста был лишен родительской ласки. Когда пришла пора покинуть это учреждение, он, по собственным воспоминаниям, больше напоминал затравленного волчонка, чем нормального юношу.

Музыкальные способности привели Александра из далекого сибирского города в Москву, где он поступил в Институт культуры и через несколько лет получил профессию дирижера инструментального оркестра. Еще во время учебы Александр увлекся звукозаписью и поэтому после окончания института устроился работать в музыкальную студию на должность режиссера. В молодости он был далек от нравственной жизни. Постоянно вращаясь среди развращенной московской богемы, Александр предавался многим порокам. Женитьба не изменила его привычек. Наоборот, после гастролей с одним из оркестров в Америке он стал употреблять наркотики, что при советской власти было довольно редким явлением.

В тридцать лет Александр впервые в жизни переступил порог храма.

– Неужели до этого вы ни разу, хотя бы ради любопытства, не заходили в церковь? – спросил я его.

– Нет, ни разу, – ответил он. – К Церкви у меня не было никакого интереса. Более того, когда проходил мимо какого-нибудь храма, меня что-то отталкивало от него. Помните, какое атеистическое воспитание получали люди при советской власти с раннего детства?

– Конечно, помню, – отвечаю я.

Впрочем, в отличие от Александра, храмы меня притягивали и возбуждали во мне интерес. Рядом с домом, где я жил, находилась церковь. И мне думается, благодаря ее существованию я еще в детстве стал постепенно обращаться в Православие. Помню, проходя ребенком мимо храма, я спрашивал себя: кто, когда и зачем воздвиг это здание? Что там происходит и с какой целью идут туда люди? Не будь этой церкви, неизвестно, в каком возрасте я задался бы этими вопросами.