Россия и Китай: 300 лет на грани войны

15 августа отряд генерала Ренненкампфа подошел к Цицикару. На подступах к городу, обнесенному двумя крепостными стенами, китайцы соорудили множество оборонительных инженерных сооружений, отрыли окопы, подготовили позиции для артиллерийских орудий. Однако русская кавалерия смелым обходным маневром обошла город с тыла. В ответ на ультиматум Ренненкампфа сдать город в течение часа, китайские войска немедленно начали отступление на юг. Из городских ворот выехал начальник штаба китайских войск с представителем населения и официально сдали Цицикар. Однако в связи с тем что китайские войска пытались бежать, вместо того чтобы организованно сдаться, русская артиллерия открыла огонь по отступающим, а казачьи сотни перерезали пути отступления. За свои решительные, а нередко и жестокие действия в Маньчжурии генерал П.К. Ренненкампф получил от китайского населения прозвище «генерал-тигр».

16 августа Цицикар был окончательно взят. Комендантом города был назначен есаул Пешков. Помимо больших трофеев, захваченных в городе, было освобождено 14 русских пленных. В тот же день отряд генерала П.К. Ренненкампфа в районе станции Фулаэрди вступил в связь с отрядом генерала Н.А. Орлова, а затем — генерала В.В. Сахарова. Отряд Ренненкампфа вышел на КВЖД и соединил ее телеграфом с Благовещенском.

Таким образом, к концу августа цицикарские войска были разбиты, а их остатки укрылись в лесах или отступили на юг. Почти вся провинция Хэйлунцзян оказалась оккупированной русскими войсками.

Цзянцзюнь Хэйлунзцянской провинции Шоу Шань покончил с собой. Согласно легенде, он, как положено по ритуалу, проглотил золото и лег в гроб. Но смерть не приходила к нему, и тогда он приказал своему помощнику застрелить его. Лишь третья пуля оказалась смертельной. Тело Шоу Шаня жена вывезла в Монголию^{358}.

Уже к 20 августа вся магистраль КВЖД на протяжении 1200 км полностью перешла в руки русских войск. Вслед за воинскими частями шли команды строителей, которые немедленно начинали восстановительные работы на железнодорожной трассе. Охранная стража по мере освобождения железнодорожных станций брала их под охрану. В руках китайцев оставался последний самый крупный населенный пункт — Гирин, столица провинции Цзилинь.

В походе на Гирин приняли участие русские войска общей численностью 18 стрелковых батальонов, 25 сотен и 78 орудий. В резерве находилось еще 8 стрелковых батальонов и 24 орудия, а также 12 конных и две пешие сотни охранной стражи.

23 августа командующий Приамурским ВО Н.И. Гродеков утвердил план наступления. Со стороны Цицикара через Бодунэ и Чанчунь двигался отряд П.К. Ренненкампфа. От Нингуты и Хуньчуня приближался отряд под командованием генерала Айгустова. С севера наступать должен был отряд генерал-майора В.В. Сахарова. Общее руководство операцией по овладению Гирином возлагалось на генерала А.В. Каульбарса, выехавшего из Харбина 29 августа. Взя тие Гирина намечалось на 5 октября.

Гиринский цзянцзюнь Чан Шунь неоднократно пытался убедить русское командование не занимать город. 19 августа к В.В. Сахарову прибыл парламентер, сообщивший, что Чан Шунь отправил в Харбин генерала для переговоров и поэтому просит прекратить наступление.

24 августа Н.И. Гродеков приказал генералу В.В. Сахарову: «1. Относительно переговоров с китайцами о прекра щении военных действий руководствоваться Высочайшей резолюцией на докладе о подобных переговорах, начатых бывшим цицикарским цзянцзюнем, именно:

«От китайцев самих зависит не возобновлять военных действий».

2. На все предложения китайцев потребовать от них сдачи их войсками нам решительно всего оружия, как ручного, так и пушек, ввиду вероломного нападения на нас китайских войск заодно с мятежниками-боксерами; сдачи нам всех укреплений, также Гиринского арсенала и других военных заведений и складов; предоставления инпаней в Гирине и в других пунктах под помещение наших гарнизонов; наконец, установления добрых отношений к нам населения по выставке рабочих, продаже продовольственных продуктов, найма подвод. При исполнении вышепоставлен-ных требований, обещать полное покровительство мирному населению, а властям, с самим цзянцзюнем во главе, полную поддержку для умиротворения края и для управления провинцией.

3. Из-за ведения переговоров отнюдь не терять времени для наискорейшего выполнения экспедиций против Гирина, дабы не дать китайцам лишнего времени усилить сопротивление в Гирине.

4. С Гирином поступить так, как поступлено нами в Цицикаре и Нингуте, именно: сопротивляющиеся войска разбить и обезоружить, а жителей со всем их добром суметь сохранить так, чтобы не разбежались и доверились нам вполне.

5. Отправление в Хабаровск цзянцзюня или другого уполномоченного для переговоров со мною безусловно отклоняю, тем более что, по трактатам, цзянцзюню не предоставлено права сноситься с генерал-губернатором, а только с губернаторами»^{359}.