Россия и мир в XXI веке

Все это открывает перед Россией существенные возможности. Евразийская экономическая интеграция с ее общим рынком товаров, капиталов, услуг и рабочей силы может со временем помочь сформировать общее гуманитарное и культурное пространство в «малой Евразии». Трансрегиональные русскоязычные СМИ в России и соседних странах могут создать общее информационное пространство, особенно если реальная степень их свободы повысится. Российские университеты и их филиалы в соседних странах могут помочь формированию элит, дружественно расположенных к России.

Уникальным ресурсом «Русского мира» является российская диаспора – от Прибалтики до Германии и от Израиля до США. Несмотря на то что эти группы не стремятся вернуться на историческую родину и не сплачиваются в пророссийские лобби, поскольку часто критически или даже негативно относятся к внутренней политике российских властей и в принципе ориентированы (за исключением Прибалтики) на ассимиляцию, им не чуждо чувство национальной гордости. Они, например, могут принимать участие в научно-технических и прочих модернизационных и культурно-просветительских проектах, продвигающих Россию в мире.

Итак, Россия, являясь страной периферийной по отношению к Европе и Азии по отдельности, занимает срединное положение на континенте, объединяющем их обеих, – Евразии. Россия – это не столько мост между двумя частями Евразии, сколько потенциальный континентальный интегратор. Корни и центр тяжести России лежат в Европе, но преимущественное направление российского роста в XXI веке – Азия. Такое положение требует активной самостоятельной роли. Интеграция России в наиболее развитую часть мира (Европа, Евро-Атлантика) на данном историческом этапе не состоялась. Не состоялась и интеграция части мира (СНГ) в Большую Россию. Можно с уверенностью сказать, что не удастся и интеграция РФ в китайскую Азию. Россия должна оставаться собою, или ее не будет вовсе.

III. Суверенитет в глобальном мире

Глубинной причиной нынешнего кризиса российской внешней политики является проблема суверенитета, т. е. верховной государственной власти, выше которой ничего в мире нет. Суверенитет предполагает полное право на самоуправление без какого-либо вмешательства извне. В ходе украинского кризиса Россия решительно отказалась признать верховенство США в мире и стала вести себя соответственно. В то же время ее собственный евразийский проект натолкнулся на ограничения, налагаемые представлениями ее партнеров – Белоруссии и Казахстана – о собственном суверенитете. Наконец, формальным поводом для антироссийских санкций, введенных странами Запада в 2014 году, стали присоединение Крыма к Российской Федерации и политика Москвы на юго-востоке Украины. Все это делает логичным продолжить рассмотрение проблем российской внешней политики с вопросов суверенитета.

Самодержавная традиция России

Вековая традиция России – самодержавная, т. е. самостоятельная, независимая от вмешательства и влияния извне. Российское государство сформировалось во второй половине XV века, когда Москва в основном завершила процесс собирания земель Северо-Восточной Руси. Тогда же, в 1480 году, Москва сбросила иго Золотой Орды. С тех пор Россия оставалась независимой не только формально, но и фактически. Предыдущий почти 250-летний период, когда русские княжества входили в состав монгольской империи потомков Чингисхана, остался в народной памяти как пора позора и унижения, которых более допускать нельзя. Краткий период подчинения России Речи Посполитой в 1605–1612 годах вызвал первый мощный национально-освободительный подъем в стране, положивший конец Смутному времени.

После этого русский народ поднимался против иностранных захватчиков в ходе Отечественных войн 1812 и 1941–1945 годов. В обоих случаях иностранцам противостояла не только армия, но народ в целом, который на время забывал внутренние проблемы (крепостное право в начале XIX века, сталинские репрессии в ХХ веке) и объединялся для отпора общему врагу. Угроза внешнего вторжения, порабощения и уничтожения государственности всегда считалась в России самой страшной опасностью. Главное требование советского народа своему правительству после 1945 года заключалось в недопущении впредь внезапного нападения иностранного противника. Ради этого («лишь бы не было войны») люди были готовы мириться с политической несвободой и низким уровнем жизни.

Начиная с XV века Россия традиционно отвергала также внешний сюзеренитет, даже в мягкой форме. Иван III, объединитель страны и первый российский государь (1462–1505), в 1469 году отверг титул короля из рук императора Священной Римской империи. Сам он при этом продолжал именоваться «великим князем и государем всея Руси», но при этом был самодержцем милостью Божией, а не согласно мандату внешнего повелителя. Его внук Иван IV (1533–1584) в 1547 году провозгласил себя царем[77] самостоятельно, а Петру I (1672–1725) императорский титул в 1721 году преподнес российский же Сенат.