Россия и мир в XXI веке

Требуется совершенствование системы союзов. ОДКБ, как уже отмечалось, имеет смысл прежде всего как союз безопасности в Центральной Азии, противостоящий угрозам со стороны исламского радикализма, терроризма, а также внутрирегиональных конфликтов. Необходимо делать упор на сотрудничество в сфере обмена информацией, безопасности, охраны границ, специальных операций, борьбы с наркотрафиком и производством наркотиков, нелегальной иммиграцией. Союз с Арменией является главным образом средством сдерживания и инструментом стабилизации обстановки в Закавказье, а также отражением и символом традиционных связей народов и исторической роли России как покровителя армян.

Существует очевидная потребность в сопряжении усилий ОДКБ и других организаций безопасности в Азии, прежде всего Шанхайской организации сотрудничества (ШОС) и Совещания по мерам доверия в Азии (СМДА), где также участвуют Россия и другие члены ОДКБ. Есть необходимость также в более тесном сотрудничестве в области региональной и континентальной безопасности на двусторонней основе с Китаем и Индией, а также с Ираном, Турцией и другими странами. Формы такого сотрудничества должны включать не только диалог и договоренности о мерах доверия, но и совместные действия по предотвращению конфликтов, миротворчество и постконфликтное урегулирование.

Для борьбы с конкретными угрозами Россия может организовывать ситуативные коалиции или сотрудничать с уже существующими коалициями. Для противодействия Исламскому государству РФ может оказывать военно-техническую помощь государствам, подвергшимся нападению со стороны боевиков ИГИЛ, как это уже происходит в Сирии и Ираке, или экстремистских групп, как, например, в Афганистане. В дальнейшем такая помощь может потребоваться другим государствам, в том числе соседям или союзникам России в Центрально-Азиатском и Каспийском регионах.

Военный элемент стратегического партнерства России и Китая должен и дальше развиваться с целью укрепления безопасности обеих стран и обеспечения стабильности в Евразии. Это партнерство необходимо углублять путем более детальных и доверительных обсуждений видения обеими сторонами развития военно-политической обстановки в Евразии и в мире, взаимного информирования о готовящихся мероприятиях и лучшего знакомства с доктринальными установками друг друга. Российско-китайский военный союз, однако, не только не является необходимым в обозримой перспективе, но и был бы контрпродуктивен.

Угроза сепаратизма в многонациональной России латентно присутствует всегда, но сепаратистские настроения характерны для небольших групп населения некоторых республик. Утверждение верховенства Конституции РФ, осуществленное в начале 2000-х годов, и окончание чеченской войны с последовавшим мирным урегулированием в Чечне завершили период внутреннего раскола в Российской Федерации. Экономическое развитие страны и утверждение реального федерализма в ее политическом устройстве будут способствовать укреплению стабильности Российского государства, но сплочение Федерации не произойдет автоматически. Этнополитические вопросы должны постоянно находиться в поле зрения российского руководства.

Практически снятая угроза регионального «русского» сепаратизма, особенно в отдаленных от центра частях страны, таких как российский Дальний Восток, Сибирь, Калининград, а также Урал, полностью исчезнет лишь благодаря экономическому развитию и реальному федерализму (в том числе налоговому), а также путем осуществления целевых программ развития, передачи в регионы некоторых функций и полномочий федерального правительства. Формирование единого общероссийского рынка, развитие инфраструктуры и коммуникаций сцементирует единство геополитического пространства России в XXI веке.

Угроза «цветных революций», т. е. захвата государственной власти «улицей» («майданом», на украинский манер), лидеры которой апеллируют к Западу и, в свою очередь, руководятся им, преувеличивается российскими властями. Современные массовые движения в разных частях мира, будь то Арабский Восток, Балканы, Украина, Киргизия, Грузия, Таиланд, Малайзия или Гонконг, инспирируются разными мотивами. В современном обществе они обычно самоорганизуются по сетевому признаку, часто без общих лидеров. На Западе эти движения пользуются поддержкой определенных политических и общественных сил, выступающих за глобальное политическое обновление, что может совпадать с конкретной внешнеполитической повесткой дня США как государства. Тем не менее считать все эти движения лишь частью «заговора Вашингтона» означает не только упрощать, но и очевидно искажать ситуацию.