Россия и последние войны ХХ века

И лишь после выборов главный политтехнолог Кремля Глеб Павловский в программе "Глас народа" с раздражением бросил в адрес группы "Столичного криминала": "Вы же помните, что писали о взрывах?" Реакция, прямо скажем, несоизмеримая масштабу обсуждаемого вопроса, тем более что "Московская правда" вовсе не была единственной, кто писал о заказном и, подразумевалось или даже прямо говорилось, электоральном характере терактов в Москве. Уже в январе 2000 года английская газета "Индепендент" выступила с сообщением о том, что, по ее информации, находящийся в плену у чеченцев сотрудник ГРУ Алексей Галтин заявил, что взрывы в Москве произошли при участии его ведомства. Странным образом, никаких разъяснений (существует ли такой сотрудник разведведомства и действительно ли он находится в плену) не последовало и на сей раз. И это при том, что звучали высказывания компетентных экспертов, полагавших невозможным проведение взрывов подобного масштаба без соответствующего и очень надежного прикрытия.

Тем же летом появилось сообщение о встрече главы кремлевской администрации Александра Волошина с Басаевым во Франции - на средиземноморской вилле уже известного читателю Аднана Хашогги. Упоминались французскими спецслужбами, установившими наблюдение за виллой, и некие старые знакомые братьев Басаевых по ГРУ. На французской вилле стороны, согласно этой версии, договорились о том, что отряд Басаева вторгнется в Ботлихский район, затем переместится в Новолакский, а оттуда в Хасавюртовский. Именно так - точнее же, почти так, но об этом чуть ниже - и произошло. А газета "Монд" сообщила, что за неделю до вторжения в Дагестан состоялась встреча Березовского с эмиссаром Басаева, которому олигарх будто бы и передал 30 млн долларов.

Оснований отбросить подобные утверждения с порога было тем меньше, что на такие же контакты Березовского с Басаевым уже указывал ранее экс-министр внутренних дел РФ и командующий Объединенной группировкой во время первой чеченской кампании Анатолий Куликов. "На деятельность этого "патриота", заявил он, - у меня своя точка зрения. Я уже рассказывал о том, как в апреле 1997 года по его заданию Бадри Патаркацишвили передал лично Басаеву крупную сумму в американских долларах. Кстати, он этого не отрицает" ("Сегодня", 1 октября 1999 года).

Казалось бы, естественно ожидать объяснений и опровержений. Но опять-таки никаких опровержений не последовало, а ведь факты сообщались, мягко говоря, неординарные - в особенности в том, что касалось Волошина, лица официального, представителя кремлевской администрации. А коль скоро их не последовало, то исследователь имеет полное право рассматривать и эту версию - версию cговора, предваряющего "предвыборную войну", - в числе прочих. Тем более что подобный cговор, в частности, может объяснить и такой удивительный факт, как вывод частей МВД из Дагестана буквально накануне начала военных действий. При этом одновременно российские пограничники, по жесткому требованию правительств этих стран, были выведены из Киргизии тоже накануне вторжения моджахедов ИДУ в Баткенскую область и Туркмению, а это протяженная граница с Афганистаном и такая же с Ираном.

Если добавить, что, по проходившей в прессе информации, Туркмения, 20 мая 1999 года в одностороннем порядке расторгнув считавшийся бессрочным российско-туркменский договор 1993 года о совместной охране границы Туркмении и статусе погранвойск России здесь, сделала это не без участия зачастивших в республику американских эмиссаров и после интенсивных контактов со Стивеном Сестановичем* , то картина получается довольно любопытная. Ведь именно по Каспию уже были отработаны пути переброски афганских моджахедов в Чечню.

А в конце сентября, то есть как раз перед началом боевых операций в Чечне, российские пограничники по требованию Тбилиси полностью ушли с российско-грузинской (или чеченско-грузинской, коль скоро президент Путин полагает, что "не так важен формальный статус Чеченской республики") границы. Объяснить все это как цепь случайностей невозможно. Очевидно другое: перед нами - несколько колец встроенных друг в друга параполитических игр, и самым крупным из них, разумеется, является кольцо "Большой Игры". Его диаметр охватывает пространство от Балкан до Центральной (бывшей Средней) Азии и до Афганистана - или, если воспользоваться уже упоминавшейся формулой Алии Изетбеговича, "от Адриатики до Великой Китайской стены". Этим кольцом традиционно управляет Запад, целью же "Игры", помимо опять-таки традиционных - геополитического контроля, овладения ресурсами и коммуникациями (с ними связан весь блок "нефтяных игр"), - на сегодняшний день является также и обеспечение контроля над транзитом наркотиков.