Россия и последние войны ХХ века

После смерти Келешбея российское правительство по ходатайству генерала Тормасова решило поддержать другого сына Келешбея, Георгия, в борьбе за абхазский престол, взяв его под свое покровительство. Георгий составляет новые "Просительные пункты" о принятии Александром I Абхазии под его державную длань, и в 1810 году просьба наконец оказалась удовлетворенной. 17 февраля 1810 года Георгию Чачба была выдана подписанная Александром I грамота, где говорилось: "...Утверждаем и признаем Вас наследственным князем Абхазского владения под Верховным покровительством, державою и защитою Российской империи, и включая Вас и дом Ваш, и всех абхазского владения жителей, в число Наших верноподданных, обещаем Вам и преемникам Вашим Нашу имперскую милость и благоволение..." (цит. по И.Х. Домения. "Россия. Абхазия. Из истории культурных взаимоотношений в XIX - начале XX вв". Спб., 1994, с. 9-10). Соответственно, под российское покровительство переходил и абхазский народ, "по всей силе на вечные времена нерушимо".

Нарушение Российской Федерацией этих своих наследственных обязательств не только лишает ее права называться правопреемницей Российской Империи и Советского Союза, но, в перспективе, может иметь весьма негативные для нее последствия в виде полного разрушения той пророссийской ориентации, за которую князь Чачба когда-то заплатил собственной жизнью. Исторически она не была здесь единственной (на что указывает уже сам факт заговора против Чачба) и соседствовала с протурецкой. Обычно их называют, соответственно, северной и южной, и с их противостоянием связана этническая катастрофа, пережитая абхазами в 1870-х годах.

Укоренение России на этом побережье вовсе не было идиллическим, несмотря на добровольный характер вхождения Абхазии в Империю, и сопровождалось восстанием "немирных горцев". Сложно складывались отношения российской администрации с абхазским крестьянством. Петербург не слишком хорошо понимал сложную систему взаимосвязей между местной знатью и крестьянами, не сводимых к простой привычной схеме "господа" - "люди", и это вызывало бурные протесты. Одно из восстаний, совпавшее с Русско-турецкой войной 1877-1878 годов, привело к тяжелейшим последствиям: обвиненные (далеко не всегда безосновательно) в поддержке Турции все абхазы были Указом 31 мая 1880 года объявлены "виновным народом", что привело к тяжелейшим последствиям для этноса. До половины его численности оказалось вынуждено покинуть родину (что соответствовало стремлениям петербургской администрации к вытеснению автохтонного населения, активно проводившемуся справедливость требует признать это - на черноморском побережье Кавказа). Изгнанники получили имя махаджиров, а события этого времени нашли отражение в повести В.И. Немировича-Данченко "Соколиные гнезда". После исхода здесь остались в основном "северяне", прочно связанные с Россией.

То, что сегодня этот, сильно ослабленный эмиграцией остаток некогда абсолютно преобладавшего на своей исторической территории народа оказался отвергнут Россией, не только ущербно с нравственной точки зрения, но и в исторической ретроспективе как бы подтверждает правоту "южан": "Смотрите, вот что значит довериться милости России!" Так почему бы отвергнутому народу не сменить свою недавнюю ориентацию на другую, исторически тоже свою?

Признаки этого уже появились, и на них я остановлюсь ниже. А пока, для понимания непосредственных причин, равно как и сложности жестокого конфликта начала 1990-х годов стоит напомнить еще несколько драматичных эпизодов из истории абхазско-грузинских отношений.