Россия и США: фактор Путина

Безусловно, такая позиция вряд ли могла вызвать единодушное согласие у американских и российских участников конференции. Многие специалисты говорили о том, что Россия действует как ответственный партнер Соединенных Штатов; а если она не согласна в полной мере с позицией Вашингтона по Ирану, Северной Корее и Сирии, то это вызвано не целенаправленным стремлением Москвы подорвать и ослабить американскую политику, а тем, что она учитывает собственное понимание потенциальных негативных последствий от агрессивных действий США за рубежом. Оппоненты этой группы экспертов утверждают, что действия России говорят о ее антиамериканизме и о попытках помешать Америке и Западу в достижении своих внешнеполитических целей в тех сферах, которые имеют принципиальное значение.

Во время обсуждения стало ясно, что мнения американских неоконсерваторов и либеральных интервенционистов с одной стороны и российских либеральных радикалов с другой стороны совпадают в вопросах внутрироссийских процессов и российско-американских отношений. Такой альянс оказывает отрицательное влияние на формирование американского общественного мнения о России и на двусторонние отношения между странами. Эти группы представляют «комплекс продвижения демократии», как метко определил Дмитрий Саймс, и это оказывает деструктивное воздействие на американскую внешнюю политику. Они сродни военно-промышленному комплексу, о котором, как хорошо известно, предупреждал в свое время президент Дуайт Эйзенхауэр.

Далее можно отметить сближение позиций по российско-американским отношениям, которое существует в политических и экспертных кругах двух стран, исповедующих «политический реализм». К сожалению, политические реалисты в США обычно находятся в меньшинстве как среди политиков, так и среди экспертов. Они часто проигрывают в политических дебатах, имеющих центральное значение для выработки американской внешней политики. Их оттесняют на обочину агрессивные и зацикленные на идеологии оппоненты из комплекса продвижения демократии. А это мешает американским администрациям принимать адекватные, на мой взгляд, решения по многим значимым вопросам международной политики.

Третья проблема, вызвавшая серьезную дискуссию, заключалась в том, надо ли администрациям Обамы и Путина незамедлительно приступать к разработке новой программы сотрудничества, или двум странам необходимо сделать «стратегическую паузу». Я обсуждал вопрос о стратегической паузе год назад в марте 2012 года в статье на страницах газеты «Известия» под заголовком «Нужна ли Путину “перезагрузка”?». Было это сразу после его победы на президентских выборах. Леон Арон (Leon Aron) недавно выдвинул аналогичные аргументы в своей статье в Foreign Affairs «Доктрина Путина» («The Putin Doctrine»), которая привлекла к себе пристальное внимание американского политического и экспертного сообщества. Мы должны при этом отметить, что мысли Арона показались немного странными, когда он порекомендовал США сделать стратегическую паузу в отношениях с Россией, чтобы две страны могли серьезно подумать о том, по каким вопросам они могут пойти на уступки и договориться о компромиссах. Когда американские политики и эксперты говорят о паузе, они, похоже, редко воспринимают эту паузу как полную передышку от двусторонних отношений. Скорее, они стремятся к сотрудничеству по вопросам, которые выгодны для Вашингтона, а паузу делают в тех вопросах, которым отдает предпочтение Москва. При этом в Вашингтоне присутствует скрытая уверенность в том, что российскому руководству не хватит стойкости и твердости, а поэтому оно пожертвует своими жизненно важными интересами. Так было, например, когда Москва не остановила попытки Вашингтона изменить стратегическое соотношение сил путем развертывания противоракетного щита в Европе или когда она не воспрепятствовала возникновению враждебных по отношению к России режимов в странах на постсоветском пространстве.

Поэтому несколько неожиданной кажется их уверенность в том, что пауза не должна мешать позитивному сотрудничеству по иранской ядерной программе, по Афганистану, по Сирии, по ядерному нераспространению или продолжающимся американским попыткам «продвижения демократии» в России, что является вмешательством во внутренние дела нашей страны. Как пишет в своей статье Леон Арон, такие усилия по защите прав человека и гражданского общества на самом деле призваны «помочь движению России в направлении подлинной демократии».

Мне кажется, такое напоминающее рекомендацию выступление в пользу паузы больше похоже на рецепт эскалации напряженности между двумя странами.