Россия: прорыв на Восток. Политические интересы в Средней Азии

В связи с фундаментальной переменой в интеллектуальном слое общества стала действовать другая концепция относительно роли интеллигенции. Старое понимание, выраженное понятиями акылды адам (по-казахски), акыллык адам (по-уйгурски), акилли кист (по-каракалпакски), акилдуу киши или естюю киши (по-киргизски), инсан-и акил (по-таджикски) и акил (по-узбекски), стало размываться понятием, распространенным в России XIX века. Там слово «интеллигенция» подразумевало особую социальную активность образованных людей. Ему уподобились среднеазиатские деятели из среды интеллектуалов – джадидов.

Однако некоторое время после революции 1917 года, по большевистскому представлению, интеллигенция 1920-х годов – это пережиток царского времени. Казахский писатель Сабит Муканов (1900–1973) называл их жолбике (попутчики). В поэме «Интеллигент» (1933) туркменский поэт Ч. Аширов определил черты интеллигенции как «бездумное» отношение к жизни и «отсталые взгляды» относительно положения женщины в обществе.

Когда эти предубеждения были преодолены, новые советские интеллигенты стали характеризоваться как люди, которые занимаются умственным, а не физическим трудом, будь то на фабрике, в детском саду или университете, независимо от качества или уровня деятельности. Их теперь называли билмаз (по-казахски), фазыл зиялы или ахл-и ма'рифат (по-узбекски), билимли (по-туркменски) или окуган адам (по-киргизски). Тем не менее среднеазиатская интеллигенция включала в 1920-х годах всех тех, кто относился к интеллектуалам прошлого, за исключением представителей духовенства и деловых людей. Итак, прежнее понимание термина изменила пролетарская интеллигенция.

Характерной чертой новой интеллигенции, находившейся под влиянием российского коммунизма, стала идеологическая унификация и вследствие ее навязывание государством официальной точки зрения. После того как русским коммунистам удалось лишить Среднюю Азию ее основы в лице независимых, националистически настроенных интеллектуалов в ходе чисток 1937 и 1938 годов, остались лишь принципы советского марксизма, насаждаемые руководством из Москвы. Ушло живое различие идеологий и соперничающие потоки мысли, которые окрашивали среднеазиатскую жизнь вплоть до 1930-х годов.

Для того чтобы не возникало вакуума в политической и социальной мысли из-за ликвидации панисламистских идей и устранения националистического руководства, организаторы компартии в Средней Азии вскоре после прихода к власти большевиков прибегли к широкой пропаганде своих идей среди различных творческих профессий. Акцент на коллективную терапию для изменения образа мышления интеллигенции особенно усилился после раздела Средней Азии в середине 1920-х годов, когда партийные власти стали призывать представителей различных профессий к участию в партийных мероприятиях.

Темы первого съезда советской интеллигенции Казахстана (1924) и Узбекистана (1926) большей частью отражены, например, в таких лозунгах: «За единство знаний и труда», «Покончим с неграмотностью», «Политический пролетариат – основа культуры», «Идем прямой дорогой в коммунизм», «Крепить единство учителей вокруг партии», «Националистам – бой». Из-за того что коммунисты еще не добились в то время полного контроля над интеллигенцией, съезд 1926 года, на котором еще присутствовало политическое соперничество, был просто генеральной репетицией второго съезда узбекской интеллигенции, собравшегося в следующем году. Съезд 1927 года исключил националистическую оппозицию и сосредоточился на проблемах в порядке их очередности: 1) латинизация алфавита; 2) эмансипация женщин; 3) содействие информированности красных рабочих и крестьян; 4) содействие образованию и культурному прогрессу.

С этого времени интеллигенция в главных городах Средней Азии постоянно привлекалась к различным кампаниям вроде кампании за грамотность. Политическая и социальная идеологическая обработка граждан оставалась первейшей задачей. Последующие съезды писателей, учителей и всей интеллигенции не упускали возможности подчеркнуть это.

Вскоре были распущены КазАПП, КирАПП, УзАПП, СААПП и другие подобные организации и учреждено новое объединение, ориентированное в своей деятельности на Москву и получающее указания от отдела литературы Бюро компартии Средней Азии. Это бюрократическое учреждение определяло задачи литературных кружков и служило связующим звеном с Москвой. Среднеазиатское бюро партии передало сообщение центральных органов власти об упразднении АПП и других обществ в 1932 году, а также постановление о публикации нового журнала, посвященного современной среднеазиатской литературе. Редакторами журнала были в основном русские, но в редакционный совет входили представили таджикских, туркменских, узбекских писательских групп.

Чистка союзов писателей и реабилитация их кружков