Читаем Россия: прорыв на Восток. Политические интересы в Средней Азии полностью

В Туркестанском крае повстанцы убили более 3 тыс. русских и разгромили 9 тыс. сельскохозяйственных предприятий. Потери местного населения были еще тяжелее. Оно столкнулось с военными действиями армии, репрессиями со стороны поселенцев, карательными экспедициями, холодом и голодом во время бегства и, наконец, судебными преследованиями за причастность к мятежам. Земли местных жителей были вновь конфискованы, генерал Куропаткин выслал киргизов из района Иссык-Куля в суровую Нарынскую область.

Основной проблемой в 1916 году для казахов и киргизов был земельный вопрос, для узбеков он значил несколько меньше. Для них было важно признание равенства прав. Исследование социальных последствий мятежа выявляет именно такое различие в основных целях.

В Туркестанском крае повстанцы убили 55 местных чиновников и 24 русских, а также около 3 тыс. поселенцев. То, что убивали больше местных чиновников, чем русских, объясняется большей близостью местных начальников к населению. Однако раскладка вариантов соотношения этих цифр по регионам высветила характерные особенности повстанческого движения. В Фергане, населенной главным образом мусульманами, основными жертвами народной ярости, хотя и спорадической, были местные чиновники – 34 убитых и только один русский. В Семиречье, на территории, захваченной русскими поселенцами, где местные жители крайне нуждались в земле, восстание имело совершенно другой характер. Там двухмесячный мятеж был явно направлен против русских. Повстанцы убили 2094 поселенца и 14 русских чиновников, против двух местных чиновников.

Контрасты восстания выдвинули вопросы о его вдохновителях и лидерах. В этих взрывах стихийного гнева политические организации и идеологические вожди играли ограниченную роль. Российские политические партии, активно действовавшие в Средней Азии в 1905 году, не поддерживали мятежников. Они не вникали в суть местных протестов. Группы сторонников Махмуда Ходжи Бехбуди и Мунаввара Кори в Туркестанском крае или Танышбаева и Байтурсинова среди казахов явно ограничивали свое участие в восстании, хотя в начале мая 1916 года Бехбуди организовал в Самарканде встречу своих сторонников для обсуждения вопроса о том, какую позицию следует занять в случае реализации угроз мобилизации. Утверждается, что участники встречи – Мунаввар Кори, Пахлеван Нияз, Усман Ходжаев, Абиджан Махмуд и Кори Камил – решили добиваться всеобщего восстания, если случится мобилизация.

Однако духовенство, в отличие от лидеров националистических движений, играло активную роль в событиях 1916 года. Восстание приняло особенно драматические формы в отсталых колонизованных регионах, далеких от городских центров, где развилось национальное сознание и власть мулл была сильна. Пропасть между русской и местной общинами, по крайней мере в отдельных регионах, углубилась этим восстанием, которое предвещало специфический характер революции 1917 года в Средней Азии.

Февральская революция 1917 года

Февральская революция 1917 года встретила положительный отклик в Средней Азии, поскольку имперская власть была наконец свергнута. Эмоции били через край. Война обнажила все проблемы, вызванные русским присутствием. Националистические требования, вызревшие постепенно из устремлений к духовному обновлению, вышли на заре Февральской революции на первый план. Как отнесется к ним новый режим? Какие решения национальных проблем он предложит?

Временное правительство, сформированное на руинах монархии, не занимало единой и определенной позиции по национальному вопросу. Оно было сковано в выборе позиции взятым на себя прежде обязательством продолжать войну. Это правительство быстро сообразило, что проблема угнетенных национальностей воспринимается легче, когда они являются орудием в борьбе против имперской власти, а не когда они сами обретают власть. Решение конкретных вопросов было отложено до созыва Учредительного собрания. 19 марта правительство просто предложило нациям декларацию о правах. Она сводилась к равенству людей вне контекста национального вопроса. Таким образом, неравенство индивидов было упразднено в рамках различных меньшинств, как и среди русских, но неравенство национальностей косвенно, а иногда явно сохранялось. Так как трудности Временного правительства возрастали, оно принялось отождествлять особо шумно выражавшиеся националистические устремления с угрозами революции, которые стали очевидными, когда большевики принялись настраивать националистические движения против правительства.

Перейти на страницу:

Все книги серии Всемирная история (Центрполиграф)

Мой дед Лев Троцкий и его семья
Мой дед Лев Троцкий и его семья

Юлия Сергеевна Аксельрод – внучка Л.Д. Троцкого. В четырнадцать лет за опасное родство Юля с бабушкой и дедушкой по материнской линии отправилась в Сибирь. С матерью, Генриеттой Рубинштейн, второй женой Сергея – младшего сына Троцких, девочка была знакома в основном по переписке.Сорок два года Юлия Сергеевна прожила в стране, которая называлась СССР, двадцать пять лет – в США. Сейчас она живет в Израиле, куда уехала вслед за единственным сыном.Имея в руках письма своего отца к своей матери и переписку семьи Троцких, она решила издать эти материалы как историю семьи. Получился не просто очередной труд троцкианы. Перед вами трагическая семейная сага, далекая от внутрипартийной борьбы и честолюбивых устремлений сначала руководителя государства, потом жертвы созданного им режима.

Юлия Сергеевна Аксельрод

Биографии и Мемуары / Публицистика / Документальное
История работорговли. Странствия невольничьих кораблей в Антлантике
История работорговли. Странствия невольничьих кораблей в Антлантике

Джордж Фрэнсис Доу, историк и собиратель древностей, автор многих книг о прошлом Америки, уверен, что в морской летописи не было более черных страниц, чем те, которые рассказывают о странствиях невольничьих кораблей. Все морские суда с трюмами, набитыми чернокожими рабами, захваченными во время племенных войн или похищенными в мирное время, направлялись от побережья Гвинейского залива в Вест-Индию, в американские колонии, ставшие Соединенными Штатами, где несчастных продавали или обменивали на самые разные товары. В книге собраны воспоминания судовых врачей, капитанов и пассажиров, а также письменные отчеты для парламентских комиссий по расследованию работорговли, дано описание ее коммерческой структуры.

Джордж Фрэнсис Доу

Зарубежная образовательная литература, зарубежная прикладная, научно-популярная литература / История / Образование и наука

Похожие книги

Метафизика
Метафизика

Аристотель (384–322 до н. э.) – один из величайших мыслителей Античности, ученик Платона и воспитатель Александра Македонского, основатель школы перипатетиков, основоположник формальной логики, ученый-естествоиспытатель, оказавший значительное влияние на развитие западноевропейской философии и науки.Представленная в этой книге «Метафизика» – одно из главных произведений Аристотеля. В нем великий философ впервые ввел термин «теология» – «первая философия», которая изучает «начала и причины всего сущего», подверг критике учение Платона об идеях и создал теорию общих понятий. «Метафизика» Аристотеля входит в золотой фонд мировой философской мысли, и по ней в течение многих веков учились мудрости целые поколения европейцев.

Лалла Жемчужная , Вильгельм Вундт , Аристотель , Аристотель

Зарубежная образовательная литература, зарубежная прикладная, научно-популярная литература / Современная русская и зарубежная проза / Прочее / Античная литература / Современная проза
Психология подросткового и юношеского возраста
Психология подросткового и юношеского возраста

Предлагаемое учебное пособие объективно отражает современный мировой уровень развития психологии пубертатного возраста – одного из сложнейших и социально значимых разделов возрастной психологии. Превращение ребенка во взрослого – сложный и драматический процесс, на ход которого влияет огромное количество разнообразных факторов: от генетики и физиологии до политики и экологии. Эта книга, выдержавшая за рубежом двенадцать изданий, дает в распоряжение отечественного читателя огромный теоретический, экспериментальный и методологический материал, наработанный западной психологией, медициной, социологией и антропологией, в талантливом и стройном изложении Филипа Райса и Ким Долджин, лучших представителей американской гуманитарной науки.Рекомендуется студентам гуманитарных специальностей, психологам, педагогам, социологам, юристам и социальным работникам. Перевод: Ю. Мирончик, В. Квиткевич

Ким Долджин , Филип Райс

Зарубежная образовательная литература, зарубежная прикладная, научно-популярная литература / Психология / Образование и наука