Россия: прорыв на Восток. Политические интересы в Средней Азии

Казахи обратились к Сибирскому правительству с просьбой о помощи в вооружении и инструкторами для создания армии, способной сражаться рядом с белыми. Правительство ответило через генерала Иванова, отличившегося при подавлении в 1916 году мятежей в Джизаке, что оно не даст казахам ни одного ружья и ни одного офицера. Более того, Колчак потребовал, чтобы казахи предоставляли по 6 млн рублей ежегодно на поддержку его войск. Не получив реальной поддержки белых для осуществления своей программы, Алаш Орда пыталась некоторое время сотрудничать с башкирами Валидова и югом Средней Азии в формировании союза, который объединил бы тюркские народы и казаков от Урала до афганской границы под военной властью атамана Дутова. Этот проект быстро доказал свою нежизнеспособность.

В конце октября Колчак, обеспокоенный наличием анархии в Степном крае, решил отказать Алаш Орде в минимальной поддержке и приказал подавить это движение. Его решение заставило казахских лидеров снова переметнуться к большевикам. Компромисс с ними облегчили те казахи, которые уже сражались на стороне коммунистов. С весны 1918 года советские власти предписали своим представителям в степях привлекать местных жителей на свою сторону, и некоторые казахские организации уже присоединились к большевикам. Представители образованного ядра, которые конфликтовали вокруг публикаций газеты «Уш юз», оказались в неловком положении из-за своей старой вражды к Алаш Орде. Но другие соображения сближали казахских союзников с большевиками. Амангельды Иманов, непокорный воин с 1916 года, естественно, перешел на сторону большевиков. Другим казахом, которого в этот период выделяла советская историография, был Алибий Джангельдин из кыпчакского рода, за которым с готовностью пошли люди, поскольку их заверяли, что «большевик» переводится с русского как «кыпчак». В начале марта 1919 года Джангельдину, который являлся чрезвычайным комиссаром Степного края с мая 1918 года, удалось склонить на сторону большевиков Байтурсинова. Затем, в ноябре, после поражения Колчака он привлек и лидеров западной Алаш Орды.

Главы Алаш Орды получили положительные заверения относительно личной безопасности, судьбы их войск и политического будущего казахов. После окончания Гражданской войны советские власти, очевидно, сдержали свои обещания, так как предоставили казахам и киргизам автономию, за которую те боролись. Они обеспечили местным лидерам должности в государственном управлении и партии. 10 июля 1919 года после обсуждения проблем Степного края и его населения с делегацией, включавшей не только Джангельдина, но также Байтурсинова, Ленин подписал декрет, провозглашающий временный статус ревкома, ответственного за управление Степным краем.

В ревкоме, ядре будущего правительства, председательствовал русский С. Пестковский. В ревком включили двух казахов: Джангельдина и Миндашева. В январе 1920 года ревком преобразовали, и в него вошли некоторые лидеры Алаш Орды, включая Байтурсинова. 9 мая 1920 года Кирревком (Киргизский [то есть Казахский] ревком) решил ликвидировать все организации, унаследованные от Алаш Орды. Несмотря на все препятствия, лидеры Алаш Орды продолжали играть значительную роль в политической и административной организации Степного края.

26 августа 1920 года казахская территориальная автономия была осуществлена – была создана Казахская Автономная Социалистическая Советская Республика. Байтурсинов, входивший в правительство, был временно выведен из него, но затем он возглавил Министерство образования. Правительство включало равное количество казахов, а также русских или европейцев.

Разногласия между большевиками и казахскими лидерами усилились в сентябре, когда собралась комиссия, чтобы выработать проект решений для Казахской конституционной ассамблеи. Коммунисты предлагали лишить права голоса представителей бывших «привилегированных классов», духовенство и всех тех, которые участвовали в царском правительстве или правительстве Алаш Орды. Байтурсинов горячо возражал против таких постановлений и на время имел успех. На Конституционном собрании, проходившем в Оренбурге с 4 по 12 октября 1920 года с участием 700 делегатов, почти половина из них сплотилась вокруг лидеров Алаш Орды – Байтурсинова и Бокейханова.

В первые годы в республике не было политических сил, кроме Алаш Орды. Амангельды Иманов погиб во время Гражданской войны, Джангельдин был популярен главным образом среди своих соплеменников, а казахское дело продолжали представлять те, которые возродили Алаш Орду. Вот почему советские власти не разрывали отношений с националистическими лидерами в тревожные годы, последовавшие за Гражданской войной.