Российская разведка XVIII столетия. Тайны галантного века

Русская дипломатия в конце XVII века не была достаточно осведомлена о европейских делах. Дипломатическая разведка только-только становилась на ноги.

Петр в Англии не смог добиться никаких положительных результатов в смысле дипломатической поддержки планов России. Его принимали хорошо, давали возможность веселиться, показывали морские баталии. Но результаты дипломатических переговоров оказались мизерными, и это понятно: как раз в то время, когда Петр находился в Англии и Голландии и вел переговоры с их министрами, послы этих стран в Турции и Вене договаривались прекратить войну между Турцией и Австрией. Они готовились к Войне за испанское наследство. В этой войне Австрия была союзницей Англии. Чтобы обеспечить надежный и спокойный тыл своей союзнице, нужно было примирение Турции с Австрией и, более того, нужно добиться, чтобы Турция не могла и думать о войне с Австрией, чтобы она занята была другой проблемой. Англии было выгодно продолжение войны Порты с Россией, и только с Россией!

Этим объясняется поведение английского и голландского послов как медиаторов в Карловицах.

Первый дипломатический урок но англо-русским отношениям был для Петра хотя и неприятным, но весьма поучительным. Он сразу разобрался в традиционной политике коварного Альбиона и с тех пор маневрировал в дипломатическом мире весьма успешно.

По-настоящему Россия столкнулась с английскими интригами позже, когда началась Северная война. Как только обнаружилось, что русское правительство имеет намерение укрепиться в Финском заливе, Англия усилила свои враждебные акции против России. Петр Великий обнаружил это рано и старался, насколько возможно, использовать противоречия европейских держав для того, чтобы нейтрализовать Англию.

Он поручил русским дипломатам выяснить возможность использования английского посредничества для достижения мира на Севере. Русский посол А.А. Матвеев, однако, донес в 1702 году Петру, что от Нидерландских штатов и английской королевы «благопотребного посредства к окончанию войны нечего чаять; они сами нас боятся, так могут ли стараться о нашем интересе и прибыточном мире и сами отворить дверь вам ко входу в Балтийское море, чего неусыпно остерегают, трепещут великой силы вашей не меньше, как и француза».

Это заявление русского посланника в Голландии не было плодом досужей фантазии, а явилось выводом из агентурных материалов русской дипломатической разведки. Тот же Матвеев сообщил Петру:

«Недавно английский посланник имел со своими друзьями тайный разговор о северных делах, причем случился один мой знакомец. Посланник уверенно сказал, что скоро у шведа с Польшею будет мир. Знакомый мой заметил, что нельзя этому статься, потому что трудно будет уладиться с царем; посланник отвечал, что до мира с царем нет нужды; и когда другой кто-то заметил, что король польский никогда без России не помирится со шведом, то посланник прямо сказал: “Найдем мы способы короля польского, разлучив с царем, помирить со шведом”».

Из этого совершенно явственно следует, что Англия вела активную антирусскую политику по развалу блока союзных с Россией держав.

Польского союзника пугали русскими войсками, а датский двор уговаривали, что появление русских в Балтийском море угрожает интересам Дании.

Между тем английское правительство не выступало еще открыто против России. В 1705 году приехал в Москву английский посланник Витворт и всячески старался доказать, что английская королева готова выступить посредницей между Швецией и Россией в пользу последней. Россия не могла не считаться тогда с Англией, обладавшей мощным флотом. И поэтому в конце 1706 года Петр командировал в Англию Андрея Артамоновича Матвеева, поставив перед ним задачу реализовать обещание Витворта о посредничестве, и при этом предложил англичанам военный союз. Он готов был помогать Австрии, соглашался снабжать Англию сырьем, а что касается Балтики, то просил только одного — оставить России хотя бы один порт на Балтийском море.