Российские гении авиации первой половины ХХ века

На допросе следователь проломил С. Королёву лицевые кости, которые неправильно срослись; естественно, было и сотрясение мозга. На Колыме он попал в одно из самых гиблых мест – прииск Мальдяк. Там он быстро превратился в доходягу, умирающего на куче тряпья в бараке. Его, чудом уцелевшего, направляют обратно в Москву. Здесь судьба к нему оказалась милостлива. Он опаздывает на последний пароход «Индигарка» на Владивосток, который погибнет на камнях у японского острова Хокайдо 12 января 1939 г. вместе с сотнями зэков, запертыми в трюме. Под Новый год Королёв прибывает во Владивосток и отправляется по этапу. К этому времени он потеряет 14 зубов, похудеет и едва может передвигаться. От цинги его спасла врач больницы в Хабаровске. В Москве нарком НКВД Л. Берия вместо справедливого разбирательства назначает Сергею Королёву новый срок в лагере. И только благодаря настойчивости матери конструктора, писавшей во все инстанции письма, Королеву отменяют новую отправку в лагерь, и он попадает в болшевскую «шарашку».

Дело в том, что в Болшево находились более 20 крупнейших специалистов, 15 профессоров и докторов наук, главных инженеров и главных технологов авиазаводов, 5 начальников серийных КБ, всего более 150 человек. Помимо 29-й в авиапромышленности функционировало две шараги: «двигательная» и «ракетная» общей численностью 280–300 специалистов самой высокой квалификации. Всё это уникальное пространство архипелага ГУЛАГ собиралось в Болшево. Это был уникальный коллектив замечательных ученых и конструкторов, авторов смелых идей и изобретений, конструкторов артиллерии, танков, самолетов, боевых кораблей, подводных лодок, авиационного вооружения и т. д.

Чуть позже авиаконструкторы сектора опытного самолетостроения ЦАГИ и завод № 156 были переведены на улицу Радио, где начала действовать крупнейшая авиационная организация ЦКБ-29 – НКВД. Под его крышей работали несколько ациационных КБ под руководством А. Н. Туполева, В. М. Петлякова, В. М. Мясищева и Д. Л. Томашевича. В ней работали и специалисты иного профиля: бывший начальник Ленинградской политической академии К. Полищук; Карл Сцилард – родственник знаменитого Лео Сциларда, участника «Манхэттенского проекта»; «подельник» Л. Д. Ландау по «харьковскому делу»; математик и физик Ю. Б. Румер; изобретатель, выдающийся разведчик Л. С. Термен; венгерский физик-аэродинамик, член-корр. АН СССР П. А. Вальтер и др. По спискам, составленным А. Н. Туполевым, в тюрьмах и лагерях разыскивались специалисты в области авиации и смежных с ней отраслей. Всем работникам ЦКБ-29 чекисты прямо на месте штамповали стандартный срок заключения 10 лет и 5 лет поражения в правах. Только А. Н. Туполев получил 15 лет, а специалист в области вооружения Б. С. Вахмистров – 5 лет. Сюда же был направлен прямо из тюрьмы двигателист В. П. Глушко.

В конце 1939 г. В. М. Мясищев предложил проект дальнего бомбардировщика «102» с герметичными кабинами. Для его разработки в ЦКБ-29 было создано КБ, которое Мясищев возглавлял в 1940–1943 гг. В акте о государственных испытаниях ДВБ-102 (дальнего высотного бомбардировщика) в 1942 г. отмечалось, что он явился первым отечественным бомбардировщиком с герметичными кабинами, обеспечивающими нормальные физиологические условия для работы экипажа. Впервые в советском авиастроении в конструкции бомбардировщика были применены шасси с носовым колесом, стрелково-пушечное вооружение с дистанционным управлением. Лётные испытания самолёта проводились до 1946 г., но в серию он не пошёл. «Отдел 110» Д. Л. Томашевича делал истребитель. Он в итоге получился неудачным из-за слишком большого веса и в серию не был рекомендован.