Российский анархизм в XX веке

Общественно-политический строй будущего, по замыслу Кропоткина, должен был представлять собой федерацию производственных объединений (союзов), территориальных коммун и многочисленных потребительских, культурных, научно-образовательных и др. ассоциаций, созданных людьми для удовлетворения своих разносторонних потребностей²¹¹. «Свободные общины, сельские и городские (т. е. земельные союзы людей, связанных между собой по месту жительства), и обширные профессиональные и ремесленные союзы (т. е. союзы людей по роду их труда), причем общины и профессиональные и ремесленные союзы тесно переплетаются между собою […] Рядом с общинами и профессиональными союзами будут появляться тысячами бесконечно разнообразные общества и союзы: то прочные, то эфемерные, то возникающие среди людей в силу сходства их личных наклонностей»²¹², – писал он.

Экономические отношения безгосударственного коммунистического общества должны были строиться на принципах общественной собственности на средства производства и потребления, самоуправления трудовых коллективов, планирования на основе свободного соглашения заказчиков и производителей, участия каждого в коллективном труде по способностям. Предполагалось распределение продуктов труда по потребностям при ограничениях в случае дефицита каких-либо предметов потребления и услуг: «пусть каждый берет сколько угодно всего, что имеется в изобилии, и получает ограниченное количество всего того, что приходится считать и делить!»²¹³ Функции управления должны были перейти к общим собраниям граждан, координирующим свои решения с другими коллективами через совещания действующих по их инструкциям делегатов. Предполагались децентрализация производства, интеграция интеллектуального труда с физическим, чередование работы в промышленности с интеллектуальными занятиями и обработкой земли, расширение досуга при сокращении рабочего дня до 3–4 часов. Кропоткин предполагал, что с помощью интеграции среднего и профессионального, гуманитарного и технического образования удастся воспитать разносторонне развитую личность, способную освоить самые разные виды деятельности и преодолеть узкую специализацию, навязанную индустриально-капиталистическим обществом²¹⁴. Кропоткин полагал, что полное воплощение в жизнь программных принципов анархического коммунизма возможно уже в ходе ближайшей революции.

Современная модель производства, основанная на жесткой централизации управления, детальной специализации и разделении труда, полагал он, не может быть востребована в анархо-коммунистическом обществе и должна быть полностью преобразована. Кропоткин доказывал, что эта система отношений убивает творческое, развивающее, интеллектуальное содержание труда, ведет к деквалификации рабочего, уничтожая любые психологические предпосылки для самоуправления на производстве: «Разделение труда, – это значит, что на человека наклеивается на всю жизнь известный ярлык, который делает из него завязчика узелков на фабрике, подталкивателя тачки в таком-то месте штольни, но не имеющего ни малейшего понятия ни о машине в ее целом, ни о данной отрасли промышленности, ни о добыче угля, – человека, который вследствие этого теряет […] охоту к труду и […] изобретательность»²¹⁵. В качестве альтернативы Кропоткин предлагал комплексный подход к преодолению детальной специализации труда, включающий периодическую перемену его видов, децентрализацию и разукрупнение промышленного и сельскохозяйственного производства, введение самоуправления производителей и потребителей²¹⁶.