Рождение героя

— Я смотрю, сержант Иванова, вы уже полностью оправились от полученных ран. В следующий раз предупреждайте нас о своих намерениях выбить что-либо, а то я подумал, что нам в корму врезался флагман Земного Космического Флота. А ты, Лукас, не… Кэтрин!

После оценки своей находки Иванова неожиданно стала терять равновесие, лицо ее побледнело, сама она как-то обмякла и рухнула бы на палубу, если бы не Джон, вскочивший с штурманского кресла и подхвативший ее, проявляя чудеса ловкости в тесной кабине управления.

— Кэтрин, что с тобой? — взволновался Джон, усаживая ее на свое место.

— Видимо, эти ранения… Со мной уже все в порядке, спасибо, Джон… Можешь уже меня отпустить…

— Э-э, да, конечно. Ты уверена, что все в порядке? — Джон выглядел смущенным.

— Да, это просто последствия боя на «Голиафе». Ничего серьезного. Я пойду в гравитационное кресло, мы ведь сейчас будем приземляться.

Кэтрин медленно встала и направилась в салон. Как только она почти рухнула на мягкую обивку кресла, на лице ее появилась гримаса боли, которую она тщательно пыталась скрыть от своих друзей.

Джон тем временем колдовал над приборами управления и штурвалом корабля:

— Ну что ж, координаты заданы, пассажиры пристегнуты, время молиться, — произнес он дежурную шутку выпускников Звездной Академии, перед тем как устремил корабль в плотные слои атмосферы Тау-4.

Приземление на одной из лесных полян многовекового леса Тау-4 прошло на удивление мягко, несмотря на явную неприспособленность адмиральского звездолета к посадкам, которые не подразумевают наличие оркестра и красной ковровой дорожки, поданной к трапу. Облачность и утренний туман сослужили хорошую службу нашим беглецам, и вход корабля в атмосферу был незаметен.

— Очень удачная посадка, Джон. Мало кто еще может посадить корабль без навигационных привязок к маякам космопорта.

— Спасибо, Лукас. Но уж что-то слишком она удачная. Удара о землю практически не ощущалось. Пойду-ка я проверю, куда мы приземлились, а ты с Кэтрин разбудите нашего безбилетного пассажира и соберите вещи, которые мы должны взять с собой.

Открыв люк наружной обшивки, расположенный между кабиной управления и салоном корабля, Джон с наслаждением вдохнул свежий утренний воздух планеты, напомнивший ему далекое детство. Однако долго наслаждаться красотой и ароматами природы у Джона не получилось. Посмотрев вниз, он обнаружил, что опорные рамы корабля уже наполовину погрузились в зыбучую тестообразную почву и продолжают засасываться с возрастающей скоростью.

— Кэтрин, Лукас! Немедленно выходим! Мы на зыбучих песках! — предупредил друзей Джон, влетая обратно в салон корабля.

Они стояли посередине салона над почти что развязанным пленником.

— Но как же! Мы не собрали припасы. Вот и, как там ты его называешь, Джерри еще спит, — заметался по салону Лукас, не находя нужных вещей.

Джон не мог позволить оставаться им внутри корабля даже еще несколько секунд.

— Выметайтесь отсюда, быстро!!! — Джон буквально пинками выгнал Лукаса прочь, благо Кэтрин уже выбежала из корабля, чтобы не создавать заторов у люка.

— А-а, постойте! Я тут запутался. Помогите, я не могу развязаться! — тут же проснулся пленник, до этого момента явно не желавший покидать корабль. Грей теперь бился в конвульсиях, пытаясь справиться последним узлом на веревке, которой его нога была привязана к креслу.

Джон кинулся к нему на помощь. Уже присев на корточки и начав развязывать злополучный узел, но он вдруг вспомнил, что не привязывал ноги пленника к креслу. Это было последнее, что запомнилось Джону из тех событий. Заранее освобожденный хитрец сгруппировался и обеими ногами пнул в грудь своего растерявшегося освободителя. Удар был настолько неожиданным, что ни отменная реакция, ни крепкое телосложение не смогли помочь полусогнутому Джону удержать равновесие. Пролетев через небольшой стол, он ударился головой о переборку машинного отделения. Кромешная темнота поглотила его полностью, и лишь все более удалявшиеся негромкие звуки отдавались в его голове, а Джон не мог понять, то ли это были шаги сбежавшего предателя, то ли он слышал угасающий ритм своего сердца…

* * *

Очнулся Джон, как он понял по своей затекшей спине, довольно не скоро. Голова сильно гудела, и на месте встречи его затылка со стеной образовалась солидная шишка. Встав на ноги, Джон покачнулся и присел на кресло — после произошедших событий голова кружилась и болезненно воспринимала вертикальное положение тела, по крайней мере, сразу. Глянув на часы, единственный оставшийся пассажир корабля понял, что торопиться уже некуда — он пролежал в отключке около двух часов, так что теперь уже звездолет точно находится на дне такой своеобразной природной ловушки, как зыбучий песок.

Дверь к кабине управления и к выходу из корабля была заботливо закрыта, что и предотвратило попадание земли и песка внутрь салона. Хотя наверняка ее закрыл этот мерзавец Грей и вовсе не из побуждения продлить жизнь Джону, а только чтобы избавиться от преследования и предотвратить любые попытки спасения оставшегося члена экипажа.