Рождение любви

Именно из-за Кэша она летела сейчас в Хьюстон — хотела обновить гардероб перед его приездом. И неважно, что семь встроенных шкафов ломились от одежды, которая вся была «от-кутюр», похоже, Изабелла решила как следует подготовиться к предстоящей встрече.

— Когда тебе нужно быть в аэропорту?

Изабелла полезла в свою сумочку в поисках билета.

— Вот фотографии. — Она протянула Вивиан толстый конверт.

Изабелла говорила о Кэше Макрее восторженно и с придыханием, что было ей несвойственно. Вивиан понимала, что в ней говорит любовь, потому что даже после развода с Хулио прекрасно помнила, каково это — быть влюбленной. Но помнила она и о том, что влюбленная женщина, как правило, слепа.

Придав своему лицу равнодушное выражение, Вивиан извлекла фотографии из конверта и.., онемела. На них был запечатлен самый красивый мужчина, которого она когда-либо видела.

Кэш Макрей был высоким, широкоплечим, стройным и загорелым, с глазами глубокого зеленого цвета. Но что-то неуловимое в его мужественном облике навевало мысли об одиночестве.

На первой фотографии они с Изабеллой над чем-то смеялись. На второй он был заснят с обнаженным торсом. У Вивиан пересохло во рту при взгляде на его смуглую рельефную грудь.

— Вы.., э-э.., хорошо смотритесь вдвоем.

Вивиан быстро просмотрела остальные фотографии и положила стопку на кровать.

Итак, она выяснила, что Кэш Макрей высок, красив и мужественен. Что теперь?

Ее дыхание никак не хотело выравниваться, а взгляд то и дело возвращался к фотографиям, рассыпанным по кровати.

Вивиан снова взяла их в руки. При взгляде на высокие, резко очерченные скулы и крупный чувственный рот ее сердце забилось быстрее. Лицо Кэша Макрея походило на лица, высеченные на руинах городов древних майя — орлиный нос, высокий лоб и раскосые брови. У него были потрясающие волосы — черные, густые и слегка вьющиеся, они касались воротника и блестели, как соболиный мех.

— Кэш очень привередлив в отношении своих волос. Мои прикосновения ему явно приятны.

Мучительный спазм сжал сердце Вивиан, когда она представила пальцы Изабеллы, ласково поглаживающие волосы Кэша Макрея.

— А его глаза? — В голосе Изабеллы сквозило неприкрытое обожание.

Вивиан снова положила фотографии на кровать.

— Такой мужчина не может быть верным.

— Своей первой жене он был верен.

— Так он разведен…

— Послушай, я знаю, Хулио причинил тебе сильную боль, но ведь не все мужчины такие, как мой брат, — мягко заметила Изабелла.

— Если Макрей такой верный, как ты говоришь, то почему он развелся со своей женой?

— Что с тобой, Виви?

— Ничего. Просто его развод должен тебя насторожить.

— Знаешь, в чем твоя самая большая проблема?

В тебе самой. Даже не в моем брате. Ведь это не он развелся с тобой, а ты с ним.

— Да, и у меня была на это веская причина.

— Знаю. Но ведь ты очень любила его поначалу…

— А он обманывал меня.

— Но он мужчина! Ты была его женой, он уважал тебя. Он до сих пор считает тебя женой.

— Измены и обман несовместимы с уважением.

Да, я тоже была виновата. Я ждала от него такой же искренней, всепоглощающей любви, которую испытывала сама. Я верила, что мы предназначены друг для друга…

— А теперь? — Хулио раскрыл мне глаза на реальную жизнь.

— Он до сих пор хочет тебя, ты ведь знаешь.

— Как и любую другую рыжеволосую женщину, которая попадает в поле его зрения.

— Но одну рыжую американку, страстную в постели, он хочет особенно сильно.

— Хулио не должен был рассказывать тебе такие вещи.

— Querida, ну почему ты не можешь быть счастлива здесь? Ведь мы — твоя семья. Ты — моя сестра. — Изабелла подошла к ней и обняла. — Теперь это твоя страна, твой дом. Mi casa es tu casa. Мой дом — твой дом.

— Нет, Изабелла, это не мой дом. И никогда им не будет.

— Только если сама не позволишь этому случиться. — Изабелла пристально посмотрела на Вивиан. — Ты какая-то странная сегодня — нервная, взвинченная.

— Со мной все в порядке.

— Аарон подбивал к тебе клинья, да? — Изабелла расхохоталась.

— Давай лучше поговорим о твоей сексуальной жизни. По крайней мере, она у тебя есть. Зачем тебе новая одежда? Будет лучше всего, если ты предстанешь перед своим архитектором обнаженной. Вивиан почувствовала, что сказала что-то не то, но слова уже сорвались с языка.

— Какие странные вещи ты говоришь, Виви.

— Ты напрасно летишь в Хьюстон. Новые наряды нужны, чтобы поражать женщин, а не мужчин.

Изабелла тряхнула черноволосой головой.

— Вы, американцы, думаете, что самые умные, да? Но, поверь мне, Кэш не такой…

— А какой? — Вивиан подалась вперед.

Положив в чемодан несколько прозрачных блузок, Изабелла ответила:

— Его жена и маленькая дочь погибли во время пожара. Его сердце было разбито. Он никого не обманывал и не разводился.

В горле Вивиан встал комок, который она никак не могла протолкнуть. Она вспомнила автокатастрофу, унесшую жизни ее родителей и маленького брата.., всех, кого она любила в этом мире.