Рожденный бескрылым. Рожденный летать. Трилогия (СИ)

- Но лучше такой, чем никакой...

- Да? Почему? Со смертью мира души вернутся в изначальный Эфир, они смогут возродиться в более достойных мирах. А этот... он прогнил с самого начала. Позволь ему умереть.

- Неужели ты прав?.. - прошептал Флей одними губами. Он бессильно прислонился к стволу синего дерева. - Чего ты хочешь от меня, хаосит?..

- Не препятствуй мне. А лучше - помоги. Вот... - он вынул из кармана плаща переливчатую сферу. - Помнишь? Большая часть моих сил уходит на поддержание канала связи с Хаосом, и мне сложно управлять волей Хаоса в этом мире. Если бы ты взял на себя часть канала...

Тихий безумный смех послышался сквозь шум воды.

- Я все слышал, хаосит. И ты, Флей... Наконец-то я исправлю ошибку.

Из-за стены дождя проступила изящная фигура с темной, синеватой кожей, с двумя ножами в руках и покрытым татуировками лицом. Лайлавер снова засмеялся.

- Убью... Обоих!

Он прыгнул вперед, размахивая ножами.

- Убей его! - приказал хаосит.

Флей секунду колебался...

И упал с ножом в сердце. Лайфлавер не сомневался ни на мгновение.

- Один есть! - выкрикнул он.

Сознание Флея тускнело. Клинок, созданный его волей, погас в руке.

- Эх, ты... такого спирита... - прозвучал голос хаосита.

"Я спирит! Я не имею права умирать!"

"Эфир, помоги мне!"

Собрав остатки сил, Флей погрузился в астрал. Отсрочка, не более...

Дымка эфира окутала его, сквозь нее он видел ауры Лайфлавера и Каларса, медленные их движения, переполняющие обоих эмоции.

Он еще чувствовал умирающее тело, чувствовал, как истончается нить, связывающая его с миром живых. Но тело уже было далеко, и мысли были полностью свободны.

И сейчас, в астрале, он за мгновение понял то, в чем пытался разобраться весь разговор. Ошибка в словах Каларса... Такая простая, и потому незаметная.

"Каларс!" - позвал Флей.

Хаосит откликнулся немедленно:

- Извини, Флей. Ты уже почти умер. Я ничем не могу помочь, эта рана смертельна. Даже если я излечу ее...

- Не надо, Каларс... - оборвал спирит. - Дело не в том, что я умираю. Дело в том, что я передумал.

- Что-что?

- Ты верно говорил: мир ужасен. В нем осталось слишком мало чести, дружбы, любви... Посмотри на того, кто сейчас пытается тебя убить. Вот он - воплощение этих качеств. А я... кем я был бы, если бы пошел за тобой? Какое я имел бы право говорить о чести? Знаешь, хаосит... мы могли бы стать друзьями. Но свобода - обязывает. Так вышло, что мы враги, и не случайно, а по нашему же выбору. И если прежде, чем уничтожать мир, я должен сделать его хуже, поправ дружбу и честь, предав сам себя - быть может, не так уж он и достоин уничтожения?

- Почему я не убил его раньше?..

- Потому, что ты дурак, хаосит. А теперь - прими вызов на поединок воли.

- Я не собираюсь принимать вызовы от полумертвых противников. Ты все равно умрешь.

- Мы умрем вместе. Если ты отказываешься от поединка, я убью тебя так.

Усмехнувшись, хаосит покинул астрал.

Спирит в ярости бросился на него, но, коснувшись, взвыл от боли - аура Хаоса жгла немилосердно. А сил уже и правда не было - тело доживало последние мгновения. Флей не мог пробить защиту, как ни хотел.

Его внимание привлекла третья аура - от сферы, источника энергии. Хаосит не счел нужным защищать ее.

Но взять энергию у сферы не получилось. Не было сил даже на это. То есть... силы были, силы его собственной жизни, но, воспользовавшись ими, Флей уже не мог бы сделать ничего.

Впрочем, ему в любом случае выпадала смерть.

И, отчаявшись, Флей позволил всем крохам энергии - тем, что уходят лишь со смертью - покинуть тело. Остались ничтожные доли мгновения...

Спирит собрал энергию в одну точку - и ударил. Не хаосита - он бы выжил. Сферу.

Что было дальше, Флей уже не видел.

ЭПИЛОГ.

Со смертью хаосита мир стал успокаиваться. Успокоились бунты в Лоранде, поутихли разбойники. Обитатели южного Лоранда перестали совершать набеги на земли Серебряных, инквизиция, подсчитав потери, умерила пыл. Население страны постепенно вернулось к нормальной жизни.

Впрочем, многое осталось неисправленным. Годы отстраивались пострадавшие в боях города, десятилетиями держалось недоверие между недавними союзниками, а главное - даже и через тысячу лет никто бы не смог воскресить погибших в этой бесполезной войне.

А если бы и смог, самые главные участники этой войны - спирит Флей и хаосит Каларс - все равно остались бы в загробном мире. Их тела не нашел бы самый лучший следопыт - сфера, взорвавшись, обратила обоих в пепел.

Лайфлаверу повезло больше. Он смог отскочить, и пламя не задело его, досталось только ударной волной. Он выжил - так уж распорядилась удача...

***

Лайфлавер наблюдал за восходом. С некоторых пор он полюбил это занятие, и специально отправлялся с корсарами, чтобы, выйдя из вечных туч, лишний раз посмотреть на восходящее солнце.

Слабый красный свет не раздражал чувствительные глаза, и Лайфлавер смотрел, даже не щурясь. Когда солнце поднимется высоко, его блеск на морских волнах станет нестерпимым, тогда придется одеть повязку. А пока... можно насладиться восходом.