Рожденный править

Двери лифта распахнулись, и глазам ученых предстал темный коридор, перекрытый решеткой. Герман открыл с помощью своего пластикового пропуска двойную металлическую дверь и жестом пригласил Роджера следовать за собой. По дороге им еще трижды приходилось менять направление движения. И трижды у них проверяли документы. У каждой следующей двери охранники становились все придирчивей. Наконец они добрались до массивной свинцовой двери, Герман вновь достал свой личный пропуск, и дверь неслышно скользнула в сторону.

- Это здесь, - проворчал руководитель Департамента биохимии и переступил порог.

Внутри Роджер не увидел ничего необычного. Эта часть здания совершенно не отличалась от той, где работал он сам. Те же бесконечные коридоры, те же бесчисленные двери с табличками, такой же конференц-зал. По коридорам привычно сновали лаборанты в белых халатах и техники в комбинезонах. Разве что народу было немного поменьше да время от времени попадались люди в костюмах со свинцовым покрытием.

Последние, правда, выглядели и впрямь достаточно необычно. Роджер с удивлением отметил, что некоторые двери тоже обиты свинцом, а не привычным пластиком.

Герман остановился у двери, табличка на которой грозно призывала сохранять бдительность, и они оказались в очередном коридоре. Герман, кивнув на ходу техникам, стоявшим рядом с дверью, подошел к большой панели. После очередной проверки личного пропуска он нажал почти незаметную кнопку, и панель бесшумно отодвинулась. Роджер, чуть помедлив, вошел следом. Судя по всему, они находились в самой секретной лаборатории Комплекса. Он огляделся. Приборы и оборудование совершенно незнакомы. Роджер узнал лишь камеры для работы с генетическими структурами, но все остальное он видел впервые. Ему казалось, что так должна выглядеть медицинская диагностическая аппаратура. Обстановка здесь ничем не напоминала аскетичные условия, в которых Роджер провел многие годы. Казалось, что строители заботились о комфорте не меньше, чем о функциональности. Мягкие стулья и пепельницы, расставленные там и тут (что, впрочем, могло быть следствием глубокой убежденности Германа в целительном воздействии сигар), полки с книгами и видеокассетами, всевозможная музыкальная аппаратура, кофеварка, тостер. Роджер с удивлением осматривался.

- Как ты думаешь, где мы находимся? - Герман удобно устроился на диване и пододвинул к себе поближе одну из пепельниц.

- Честно говоря, мне всегда казалось, что так должна выглядеть ваша спальня.

Герман фыркнул и закурил.

- К сожалению, нет. Моя спальня обычно до отказа забита самыми толстыми женщинами в мире. Нет, дружище, ты находишься в одной из наших основных тестовых лабораторий.

- И кого вы здесь тестируете? - спросил Роджер. - И зачем?

- Людей. Мы тестируем людей, ищем нашего гипотетического сверхчеловека.

- У меня голова кругом идет, - признался Роджер. - Только что вы объясняли, что мы не можем создать сверхчеловека, и ваши доводы звучали чертовски убедительно. Неужели вы сейчас хотите признаться, что все это было самым настоящим враньем?

- Не совсем.

- Но откуда вы берете кандидатов в сверхчеловеки? Из какой лаборатории?

- Ни из какой, дорогой мой Роджер. Когда я говорил, что человек не может эволюционировать в сверхинтеллектуала, я вовсе не обманывал тебя. Но ведь я и не сказал, что такой сверхчеловек вообще не может существовать.

- Я чувствую себя школьником, - раздраженно заметил Роджер, - каждый раз, как мне кажется, что я все понял, всплывает очередная загадка.

- Согласен, тебе предстоит отбросить не одну ошибочную гипотезу, ухмыльнулся Герман, - но все, о чем я рассказал, правда, и здесь нет никакого противоречия. Например, я утверждал, что люди не могут эволюционировать в сверхчеловеков. Это действительно так. А сейчас я говорю, что такие сверхлюди действительно существуют и мы с ними работаем здесь. Это тоже правда.

- Но если мы не можем их создать, то откуда они берутся? - устало спросил Роджер.

- Оттуда же, откуда появились и ты, и я, - из материнской утробы, и поначалу это были самые обычные детишки.

Роджер изумленно уставился на него.