Руги и русы

Итак, к 859 году словен покорили балтийские пираты из своих же – полабских славян. В Новгородской I летописи попутно возникает некий Гостомысл. Возможно, это тоже варяг. А может быть, местный старейшина словен, который возглавил антиваряжское восстание. Оно увенчалось успехом, но тут началась межплеменная распря. Варяги, как мы видим, покорили словен, но и сами словене еще до того покорили чудь, то есть местные финские племена. После изгнания варягов чудины восстали против словен и начали их истреблять. Тут выяснилось, что славянские роды, переселявшиеся из Полабья и Поморья в Ладогу несколькими потоками, вовсе не составляют единое племя словен. Разные роды, представлявшие разные волны переселенцев, стали воевать друг с другом. «Вста град на град», – сообщает летопись.

Тогда Гостомысл и та часть соплеменников, которая его поддерживала, обращаются за помощью к западным родичам и посылают гонцов в священную Аркону, чтобы нанять отряд бойцов для наведения порядка. Смысл в том, что Рюрика еще не воспринимали как властелина. Это предводитель шайки головорезов, который за меха и другие сокровища согласился помочь словенам расправиться с чудью и местными мятежниками.

Сам Гостомысл если и не был варягом лично, то представлял одну из последних волн переселения на восток и не утратил связей с западными соплеменниками – «полабами».

С острова Руяна прибывает мощный отряд варягов, который возглавляет Рюрик – один из славян. Летопись говорит: Рюрик явился «с родом своим», что можно трактовать как новую волну переселения. В нем участвовали не только представители «полабов». Руяне тесно связаны с данами, они то союзничают, то обмениваются ударами, то похищают женщин. Археологи находят славянские вещи в Дании и скандинавские – в Полабье. Не будем отвлекаться на доказательства, их достаточно много. Отошлем читателя к добротному сборнику научных статей «Славяне и скандинавы», изданному в СССР в 1986 году. На его страницах представлены работы советских, германских и скандинавских ученых, причем норманист Г.С. Лебедев со своей теорией «гребцов»-«родс» чувствует себя вполне комфортно рядом с академиком Б.А. Рыбаковым, которого сегодня называют воинствующим антинорманистом и преследователем свободомыслия в науке. Мифы, порочащие крупных советских ученых, следует развеивать столь же последовательно, как и мифы русских летописцев. Но суть не в этом. В упомянутом сборнике приведены подробные карты славянских и скандинавских культурных комплексов, которые буквально перекрывают друг друга, в том числе в Ютландии и на острове Зеландия.

А что письменные источники? Они полностью подтверждают данные археологии. У Адама Бременского и Гельмольда из Босау мы видим вереницу рассказов о взаимных набегах руян на датчан и обратно. Происходит и взаимопроникновение имен. Жены и пленницы уговаривают мужей и возлюбленных, и те называют совместных детей необычно. В Дании появляются Вальдемары, у славян – Генрихи. Не была ли матерью Рюрика и его братьев датчанка? Это сняло бы многие вопросы, но мы вновь обращаем внимание читателя, что всё сказанное – чистая гипотеза, которая может быть опровергнута новыми данными.

Так или иначе, Рюрик прибывает в Ладогу и пытается навести там порядок. Вместе с Рюриком оперируют двое братьев – Трувор и Синеус, однако неясно, кто они – мифические персонажи или реальные люди. Знаменитый норманист Готлиб Зигфрид Байер считал, что это не имена, а плод лингвистической ошибки. Вместе с Рюриком, мол, прибыла «верная дружина» – «thru varing» и «sine hus» – «свой род».

Байер, в отличие от других отцов-основателей норманизма, Миллера и Шлёцера, напридумывал много несуразностей, включая, как видно, и эту. Современные лингвисты полагают вопреки Байеру, что перед нами – всё же имена, а не понятия. Уже видный норманист академик Куник доказал в своих работах, что мы имеем дело с именами. И действительно, анализ рунических надписей показал, что у скандинавов были имена Signjótr и Þórvar[ð]r. Но если последнее имя – Торвард – действительно может быть переиначено славянами в Трувор, то насчет Синеуса возникают понятные подозрения, слишком оно звучит по-славянски. Такого славянизированного звучания имен не будет у дружинников Игоря, Олега и Святослава – у всех этих Гуды, Карлов и Фарлафов. Да и по правилам лингвистики Signjótr не может перерасти в «Синеус». Но если мы признаем хотя бы полуславянское, по отцу, происхождение трех братьев-варягов, всё объясняется вполне логично, включая славянское имя у одного брата и неславянское – у второго.