Буквально то же самое происходило примерно в это время и при завоевании испанцами Америки. Европейцы давали здесь свои названия народам, местностям, рекам и т. п. А ведь в Америке тоже была своя культура, свой язык, свои местные названия. В какой-то мере их отражения остались на современной карте – наиболее понравившиеся европейцам. Но многие названия – чисто европейские. Например, название всей страны – Америка.
Таким способом европейцы «нашли» в Юго-Восточной Азии и мар-ко-половскую Самару, и марко-половскую Яву, и марко-половский Цейлон, и марко-половский Мадагаскар и т. д. и т. п., назвав этими марко-половскими именами открываемые ими новые острова и страны на далеком Юго-Востоке. В то же время марко-половские описания якобы «этих островов» не дают никаких оснований для такого отождествления.
Приведем только один пример, ничем не выделяющийся среди других.
«Остров в Малайском архипелаге, территория Индонезии. Дл. св. 1000 км, пл. 126,5 кв. км. Нас. ок. 83 млн. ч. (1975). Свыше 100 вулканов (в том числе около 30 действующих, выc. до 3676 м), расположены по оси острова, на севере – холмистые равнины. Частые землетрясения. Вечнозеленые и листопадные тропич. леса, на востоке саванны. Равнины возделаны (рис, кассава, кукуруза, батат). Осн. гг. Джакарта, Бандунг, Сурабая».
«Там восемь королевств и восемь королей, носящих короны. Все жители идолопоклонники, и в каждом из королевств свой собственный язык. На острове огромное изобилие сокровищ, дорогие пряности, ароматические масла…» И т. д. Ничего более характерного Поло не сообщает. Ни о вулканах, ни о высоких горах, ни названий городов.
Почему, спрашивается, мы должны считать, что марко-половская Ява – это именно та Ява, которую так наименовали португальские капитаны XVI века с книгой Марко Поло в руках? При таком произволе мы можем отождествить что угодно с чем угодно.
Единственное условие – чтобы местные жители «не возражали». В этой связи обратим внимание на одну любопытную особенность. Где удалось европейцам «успешно найти» марко-половские названия? На отдаленных диких островах с первобытным в то время населением. Которое было неграмотно и не спорило, когда «белые боги с кораблей», причем с пушками, что-то говорили на непонятном языке.
А вот с более цивилизованными странами было сложнее. Например, с манжурским Китаем. В Китае к иностранцам относились подозрительно, а в 1757 году манжуры вообще запретили иностранную торговлю во всех портах, кроме Кантона. Результат – налицо. Кроме города Кантона, да еще, быть может, двух-трех, ничего «найти» из марко-половских названий в современном Китае нельзя.
Да и Кантон, кстати, по-китайски называется отнюдь не «Кантон», а Гуанчжоу. Много ли общего в словах «Кантон» и «Гуанчжоу»? Здесь полезно напомнить, что «Кантон» – французское слово, означающее просто напросто «округ» (canton). Марко Поло так и пишет «Canton». Зачем же насильственно перетаскивать французское слово «Кантон» в восточный Китай? И рисовать его на карте? Просто Марко Поло знал французский. Знал бы он английский – в Китае появился бы город Таун – Town. Разве это не похоже на Гуанчжоу?
Поскольку удовлетворительно «обнаружить» именно в Китае марко-половские названия европейцам не удалось, они придумали версию, будто Поло невзлюбил китайский язык. Современный комментатор пишет по этому поводу следующее: «Возникает впечатление, что он (Поло. –
Ничего странного на самом деле нет. Марко Поло действительно не знал китайского языка, хотя бы по той простой причине, что
К сожалению, мы не имели возможности посмотреть на большинство миниатюр из старых рукописей книги Марко Поло. Фундаментальное нью-йоркское издание 1992 года, претендующее на полноту, содержит множество иллюстраций, но странным образом практически все они – современные изображения Юго-Восточной Азии. И лишь несколько действительно старых рисунков из рукописей книги Поло.