Русская армия

Возможность принять наступательный план войны представляет огромные преимущества, ибо противнику диктуется наша воля, передовые войска противника вынуждены отступать, появляется возможность наносить менее готовым к бою силам противника частные поражения, подвозимые подкрепления могут быть подставляемы под удары по частями. В результате таких действий нравственный дух войск наступающего поднимется и, наоборот, нравственный дух обороняющегося неизбежно понизится. Восстановить равновесие в силах материальных и моральных составит при этих условиях крайне тяжелую, медленно достигаемую задачу. Надо иметь непоколебимую веру в окончательный успех и огромные терпение и энергию, чтобы при оборонительном плане войны преодолеть все трудности и с переходом в наступление победить врага.

Из краткого очерка боевых задач, выполненных русской вооруженной силой в XVIII и XIX столетиях, видно, что большую часть веденных нами войн мы начинали наступлением. При отсутствии железных дорог и содержании в мирное время многочисленной армии постоянного состава (сроки службы 25 лет), при равенстве, а часто и при превосходстве[297] вооружения и обучения, Россия имела возможность, начиная войну, диктовать свой волю противнику, т. е. действовать наступательно.

Ныне готовность армии тесно связана с культурным ростом нации, поэтому мы и стали быстро отставать в готовности от наших западных соседей, а в войну Русско-японскую обозначилась и наша отсталость от восточного соседа — Японии.

Несомненно, что великая Россия найдет со временем силы и средства занять снова среди других держав прежнее по боевой готовности своей армии место. Но для сего потребуется много лет непрерывной работы по поднятию жизненных сил всей страны. В особенности без большого развития железнодорожной сети быстрое сосредоточение огромной армии и принятие ей общего наступательного плана действий невозможны[298].

Совершенно неизвестно, дадут ли нам время дожидаться такого результата и не будем ли мы вновь вовлечены в войну ранее усиления своей армии во всех отношениях, в том числе и железнодорожном. Поэтому нам надо, не теряя времени, готовиться к новой вооруженной борьбе при условии неблагоприятных для нас, подобных тем, кои сложились в минувшую войну.

Не касаясь здесь необходимости дипломатической подготовки войны и настроения во время войны всех слоев русского населения, я намечу в самых общих чертах лишь те мероприятия, которые надлежит, по моему мнению, принять, чтобы возможно производительнее использовать те силы, которые уже прибыли в состав действующей армии.

В тактике для действия войск на поле сражения принят весьма важный принцип несменяемости частей войск, введенных в бой. Поэтому каждая двинутая в бой часть войск должна знать, что поддержка будет, но смены не будет. Этот принцип в самой широкой степени должен быть применен и ко всем без различия чинам, попавшим в действующую армию. До достижения победы никто из них не может возвратиться домой или получить вне театра военных действий иное назначение. Лица, коим оказалось не под силу возложенное на них боевое командование, должны быть использованы для иной службы, где их силы моральные и физические могут оказаться достаточными. В таком грозном деле, как война в целях защиты целости и величия родины, никакое личное самолюбие не может и не должно иметь место. Наибольшим позором, не смываемым всю жизнь, должно считаться удаление из действующей армии лиц любого ранга. Такие удаляемые лица должны одновременно лишаться воинского звания, исключаться из службы и терять все приобретенные ими службой права. Как офицеры, так и нижние чины, удаленные из рядов действующей армии, должны считаться лишенными прав на занятие каких-либо должностей по выбору или назначению и вне военного ведомства.

За проявленную трусость все чины армии заслуживают смертную казнь.

Выше я указывал не необходимость самого быстрого движения вперед офицеров, обнаруживших военные дарования, отвагу, самостоятельность. Одновременно старших начальствующих лиц, оказавшихся несоответствующими, надо быстро удалять от командования, давая им подходящее их силам назначение. Командиры корпусов и начальники дивизий, признанные не соответствующими, должны в защиту своей военной чести ходатайствовать остаться в рядах армии в голове дивизий, бригад. На войне можно признавать только одно старшинство, а именно старшинство лиц, способных одержать победу над врагом. Старшие генералы, прибывшие в голове корпусов и дивизий, неспособные продолжать боевую службу в строю, могут оказаться весьма полезными для службы в тылу, для начальствования этапными линиями, заведывания запасными войсками, для их обучения, заведывания госпиталями, для управления населением и проч.