Русская философия. Анализ истории. Том 5

Приятно видеть, что идёт борьба с коррупцией, но этого мало. Нужно встречное движение, в противном случае сие малоэффективно. То есть надо выстраивать структуру, которая несёт в себе священное действо, то есть само хозяйство – не для наживы и самообеспечения, но оное является лишь гранью, малой толикой священного делания. Иное мировосприятие, раскрытое в полноте Истины, понуждает человека к поведению, примиренного с собственной совестью. Тогда тут не может быть ни коррупции, ни убийств по самому определению и отсутствия необходимости. Более того сами жулики в большинстве своём выродки. То есть, как показывает практика Ватикана, наследство своё они оставляют именно этому институту, как молитвенную память о себе, благодаря чему Священный Город Италии стал центром новой финансовой империи. Главное даже не это. Главное, что народ это примет как своё родное, ибо, ещё раз повторюсь, что игумен, епископ, Патриарх – выходцы из народа и не передают своё место по родству или наследству. Да это будет финансовая империя, но народная, русская, с национальной спецификой. Неспроста священник носит царские одежды во время богослужений и пришедшее из глубины веков, выкристаллизовавшееся в течение огромных временных промежутков не может быть пережитком прошлого.

В принципе, Бог поругаем не бывает, не смотря ни на какие возможные ухищрения врагов Его. Это означает, что Божественное присутствие самопроизвольно вырабатывает всякое отторжение экспансии на тех людей, которые стяжают в себе Благодать Его. Ведь Божественное всегда находится в животворящей(!) оппозиции любому даже самому святому порядку вещей на земле (только самому святому порядку вещей находится в наименьшем противоречии в отличие от всех остальных). А так как Божественное присутствие становится определяющим всего остального в народе, то забота о сохранности такого положения вещей – первейшая задача каждого члена общества и даже врага. По этой причине, высокие каменные стены вокруг православных святынь будут строиться всегда не смотря на окружающую убогость населения. Так как Божественное находится в возрождающей оппозиции любой идеологии, то автоматически преобразующее влияние начинает активировать противодействие данному заблуждению только теперь уже, что особенно важно подчеркнуть, на том языке понятий и представлений, с помощью которого исповедуется ересь идеологии, как одностороннее представление об Истине, то есть ересь доводится до животворящей полноты исповеди Правды её же понятийным языком. С одной стороны, естественный порядок вещей всё равно восстановится и будет работать в новых реалиях понимания о жизни, но с прежними ценностями и в том же русле, ибо мерой всему может быть только счастье человека, причём полнота его. А с другой стороны, борьба с ересью наделит нас силой и опытом побед.

Настоящее счастье толкает человека на самопожертвование, опосредованно которого он в меру своих возможностей и сил делает счастливыми всех окружающих. Женщина просто хочет много рожать, а муж ищет рабство любой тяжести (против которого выступали декабристы, к примеру), ибо счастье лишь этим способом можно сберечь – просто делиться им по возможности. Это качество жизни сметает все на своём пути, оказавшееся в области досягаемости оного и автоматически формируются всякие мощные стены против всех возможных видов покушения. В том же числе в последние сто лет востребованной оказалась богословская стена, заграждающая от покушений на Святая Святых со стороны «нашествия западного умственного ига». Это очень важный аспект, формирующий исторический процесс в спасительном направлении.

1.9.Контроль