Русская история. Беседы о смыслах

И теперь, пожалуй, главное. По итогам войны Россия, действительно освободившая пол-Европы, ограничилась присоединением Варшавского княжества (что, впрочем, и тогда вызывало дискуссию). Авторитет нашей страны, уважение европейцев были огромны. Венский конгресс 1815 года, созванный по инициативе Александра Первого и других руководителей государств-победителей, конгресс, в котором участвовали все европейцы, кроме Турции, определил не только новые государственные границы. Международный форум создал объединение, прообраз Евросоюза, где Россия впервые получила статус великой державы и неформального лидера. Западная граница империи была зафиксирована, решения Венского конгресса установили новые внутриконтинентальные границы.

В 1825 году, после смерти Александра I, в северной столице случился бунт заговорщиков-декабристов, который, не получив никакой общественной поддержки, был быстро подавлен. Во главе империи встал новый руководитель – Николай I. Россия продолжила процесс расширение, но теперь в направлении на Кавказ.

Сегодня не часто вспоминают о других наших достижениях того периода. При Николае I началось бурное развитие промышленности. Император изумил соотечественников, совершив важнейший технологический прорыв. За короткое время была успешно проложена первая протяженная железнодорожная трасса, соединившая две столицы – Петербург и Москву. (Нелепые выдумки про «русские косточки по бокам» привели к судебному конфликту дорожного министерства с безответственным автором поэмы.)

Конечно, надо уточнить, что не все начинания Николая I, обладавшего, как пишут его биографы, удивительной скромностью и работоспособностью (император работал по 18 часов в день и называл себя «рабом на галерах»), были удачными. Перенос на российскую почву шведского опыта военно-деревенских поселений не дал ожидавшихся результатов. Император начал тяжелую войну за присоединение Кавказа, но закавказские земли вошли в состав империи быстрее и охотней, чем территории Северного Кавказа. Однако и здесь вопрос был решен, и сторонам удалось договориться о почетном мире. В итоге горцы становились надежными союзниками России. Как много позже написал Расул Гамзатов: «Дагестан никогда добровольно не входил в состав России, но никогда добровольно из нее не выйдет!»

2.5. Беседа пятая. Про крымскую войну, когда поражение важнее победы

На время правления Николая I приходится еще одно событие, имевшее, без преувеличения, фундаментальные последствия для будущего страны и почти не замеченное и неправильно оцененное советско-постсоветскими историками. Речь идет о Крымской, или, как еще ее называли, Восточной войне 1853–1856 годов.

Про «поражение царской России в Крыму» сегодня знают все школьники, о русских победах им не рассказывают, или рассказывают так, что это не запоминается. Правда, о том, что Крым – это первое за 150 лет поражение России, не пишут. (Поясню любителям и знатокам деталей – сражение под Аустерлицем, проигранное в 1805 году нами и австрийцами французам, я не забыл. Но ведь семь антифранцузских, антинаполеоновских коалиций завершились итоговыми шестой и седьмой, где окончательная победа – за Россией и ее союзниками.) «Миф о проигранной войне» сознательно распространяется профессиональными пропагандистами, выдающими себя за патриотов. «Ну что же это за страна, – регулярно взывает к небу точнее, – к теле– и радиоаудитории г-н Зюганов, – если она проиграла три войны подряд!» О двух других (?), да еще подряд – поговорим позже, а пока – про войну в Крыму.

Конфликт «вокруг ключа» от Вифлеемского Храма в Палестине, входившей тогда в состав Османской империи, в конце концов, привел к русско-турецкой войне. Внешняя цепочка событий скрывала сложные, глубинные процессы: их суть – в стремлении Англии и Франции усилить свое влияние на Ближнем Востоке в ущерб России… Что касается хроники происходившего, найти ее описание можно в постсоветских учебниках истории, и повторяться здесь не стоит. Важнее понять смысл и значение тех событий.

Россия, признаю еще раз, потерпела поражение, хотя речь шла, скорее, о военном эпизоде, нежели о чем-то стратегически значимом; ничего похожего на блокаду северной столицы или на многомиллионные людские потери, как это было в годы Великой Отечественной, не случилось. В сентябре 1854 года англо-франко-турецкий десант высадился в тогдашней «глубокой провинции» – на Крымском побережье – и в конце августа 1855 года, после 22-х дней непрерывной бомбардировки, захватил город и крепость Севастополь.