Русская история. Беседы о смыслах

Изменения, несомненнно, происходили, их не могло не быть, как в любом случае воздействия фактора внешней среды и работы естественного отбора. Именно половозрастная пирамида, которая выглядит у нас как «условная елка», заставляет задуматься о том, какая часть населения была потеряна и травмирована в «гео-политических играх» XX века неистовым руководством страны под названием СССР. Возможно потому, что генетика дает ответы и заставляет задуматься о последствиях «красного проекта», она и была признана в СССР «империалистической наукой капитализма».

Вернемся теперь к основному тексту. Осуществляемые сталинским режимом репрессии носили всеохватный характер. Тех, кто, попав в немецкие лагеря, выжил и возвращался домой, родина встречала как потенциальных предателей. Все они, при пересечении границы, проходили унизительную проверку на лояльность власти, многие получали новые сроки и направлялись в советский ГУЛАГ.

В своих мемуарах «Воспоминания» Н. Хрущев пишет, что самым многочисленным «население» ГУЛАГа стало после «Великой победы», 10 миллионов человек было упрятано в лагеря. Быстро была свернута политика «согласия с РПЦ», власть вернулась к притеснению православных и представителей других традиционных верований. После 1947 года новые церкви открывать уже не разрешалось. (В годы войны немцы восстановили и открыли на оккупированных территориях значительно больше церквей, чем временно лояльное к РПЦ советское государство.)

Несмотря на крайне тяжелое экономическое и крайне напряженное политическое состояние, советский режим, по окончании войны, смог расширить свое влияние. Правда, его контроль распространился не там и не в тех масштабах, которые изначально предполагались. В состав т. н. «социалистического лагеря» – государств-вассалов Кремля – были включены все сопредельные и даже несколько несопредельных европейских государств. Исключение составляли Финляндия, статус которой официально определялся не как «нейтральный», а как «страны, стремящейся к нейтралитету», и Норвегия. В Европе в соцлагерь входили Восточная Германия (ГДР), Польша, Чехословакия, Венгрия, Румыния, Болгария, Албания и Югославия. Впрочем, с руководителем последней – И.Б. Тито – Сталин вскоре резко разругался.

2.5 Беседа о третьем отступлении номенклатуры. После смерти Сталина (1953–1964)

Сказка про XX съезд как пример советской мифологии. Насколько устойчивой оказалась возрожденно-реанимированная сталинщина, можно судить по событиям, развернувшимся спустя несколько недель после смерти «отца народов»…

Но, чтобы лучше понять происходившее в то время, первую остановку мы сделаем позже, в феврале 1956 года. Мысленно перенесемся в кремлевский зал заседаний, где проходила работа XX съезда КПСС, и зададимся несколькими вопросами. Почему партия, всегда единодушно поддерживавшая великого вождя, в один прекрасный день так же единодушно его осудила? Если народ это отречение одобрил, почему главный доклад Никита Хрущев делал тайно и ночью? Почему чтение доклада, по свидетельству внука Хрущева, длилось 5 часов, а опубликованная его версия звучит 2–2,5 часа? Почему ознакомление народа с тем, что этот народ поддержал, произошло спустя 30 с лишним лет? (Сокращенный, но официально называемый полным, текст доклада впервые опубликован в СССР в годы перестройки.) Наконец почему, сам Никита Сергеевич, слывший ближайшим подручным «отца народов», неожиданно изменил взгляды и предал имя учителя анафеме? Отвечая на важнейшие исторические вопросы, «просто не замеченные» официальной советско-постсоветской социальной наукой, мы обнаруживаем три варианта ответа.

Подходя формально, можно предположить, что нового партийного лидера замучила совесть, и он, преодолевая самого себя, встал на трудный путь покаяния. (Что-то подобное происходило в Венгрии в 1956 году, когда народную антикоммунистическую революцию возглавил бывший номенклатурный чиновник, связанный с советской госбезопасностью, Имре Надь.) Увы, случай с Хрущевым в такое объяснение не вписывается, пройди Никита Сергеевич действительно через внутреннее покаяние, страна освободилась бы не только от сталинщины, но и от цензуры, от колхозов, от Компартии, КГБ, да и венгерскую революцию не давили бы советские танки…