Читаем Русская мафия — ФСБ полностью

Весь этот разговор был затеян с целью устранить среди нас и всех зэков подозрительность и навести туман на истинную причину визитов. Ведь этот случай был сам по себе из ряда вон выходящим, и я ни до, ни после не только не видел подобного, но никогда и не слышал, чтобы в зону к кому-то ежемесячно приезжали именно с Лубянки, проводя инструктаж!

Обо всем этом должны помнить Пахрутдин из Чечен-Аула, Майрбек Умаев из Серноводска, Алихан из Урус-Мартана и жившие вместе с ним в «бендеге» при зоновском ПТУ Казбек «Золотой» из поселка Калинина (правая рука Лабазанова, вовремя понявший его суть и уехавший в Иркутск, где был в большом авторитете, и где должна была произойти его коронация в «воры в законе», но Казбек был убит в перестрелке с азербайджанцами) и широко известный в Чечне «Махно» — Мамихан Мальсагов, теперь проживающий в Турции и имеющий там одно из самых крупных домовладений, яхту и прочее… Можно назвать и других оставшихся в живых очевидцев, прошедших с нами зону Алды.

Не будь у Хана в то время так высоко поставленный авторитет и крепкие позиции среди большого круга поддерживавших его — все это могло кончиться для него весьма плачевно. И в другой зоне произошло бы определенно: уже не помогли бы объяснения, со всей их кажущейся убедительностью.

Вспомнив «Махно», здесь, на примере хитро сплетенной интриги с ним, самое время точней обрисовать характер Хана.

(NB: Краткий словарь общения.

Коцаные стиры — меченые карты. Киса — мать «Махно». Двинуть фуфло — не уплатить вовремя карточный долг. Затравить — спровоцировать. Выскочить на химию — выйти из мест заключения или из зала суда на стройки народного хозяйства. Катать — играть в карты. Стиры запилились — истрепались карты. Мусор — мент. Тасануть — передать (что-то кому- то). С нуля — новая. Рамс — подлая карточная игра; в данном случае — щекотливая ситуация. Приставки — претензии, условия. Малява для развода — письмо для решения вопроса.)

Вышеупомянутый Игорь Беденко в это время также находился в зоне Алды и жил в «семейке» Хана, так как ранее был его одноклассником. В 1981 году «Беда», придя этапом за аферы из Москвы на Грозненскую тюрьму, сидел в Кизлярском корпусе в одной камере с «Котом» — Данилбеком Ошаевым — и другими ребятами. В камере постоянно шла игра в карты на деньги, которую «затравил» сам «Беда». Как-то Игорь проиграл крупную сумму, и приближался день расплаты. «Беда» через оперативников перевелся в другую «хату», что по тюремным законам абсолютно не оберегает от «фуфла». Не расплатившись, Игорь выскочил на «химию», но долг остался за ним. И когда Игорь опять был возвращен с «химии» за нарушение режима на зону, он скрыл от встречавшего его Хана висевшее на нем «фуфло».

Как обычно, и в Алдах шла игра. «Беда» «катал» с Доккой «Шатоевским», прежде жившим в районе республиканской туббольницы по улице Ленина в Грозном и приходившимся родственником «Хозе» (Николаю) Сулейманову.

В это время в «бендегу», где шла игра, заглянул Мамихан («Махно») и спросил:

-Что, катаете?

-Да, катаем…

На кону уже в течение нескольких часов было не больше сотни рублей, и «Беда» обратился к «Махно»:

-У тебя стиры есть? А то эти все запилились уже.

«Понтовитый» Махно никогда бы не признался, что у него нет колоды, и достал бы ее хоть из-под земли, чтобы лишний раз подчеркнуть свою «крутизну». Многие знали его по Москве и слышали о его успешных делах, которыми так любил Махно прихвастнуть. Кичась богатством, он неоднократно заявлял на зоне, что может построить себе здесь, в лагере, двухэтажный особняк, а все вертухаи будут бегать у него на посылках (многие менты и так уже были им куплены).

Да мусор один сейчас обещал занести. Если что — я вам тасану, — ответил Махно Беде и ушел.

Минут через сорок, найдя совершенно новую, запакованную колоду, он отдал ее играющим. Беда как бы в шутку спросил:

-Ты случайно ее не закоцал?..

-Нет, она с нуля, — ответил Махно, хотя такие вопросы среди катающих вообще против правил. Коцаная, не коцаная, — хочешь, играй, хочешь, не играй, так как каждый игрок, заметивший метки, с легкостью может использовать их в свою сторону. Когда двое играют, то третий вообще не у дел и не имеет права советовать. Само собой, что он не несет ни малейшей ответственности по игре.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Качели
Качели

Известный политолог Сергей Кургинян в своей новой книге рассматривает феномен так называемой «подковерной политики». Одновременно он разрабатывает аппарат, с помощью которого можно анализировать нетранспарентные («подковерные») политические процессы, и применяет этот аппарат к анализу текущих событий. Автор анализирует самые актуальные события новейшей российской политики. Отставки и назначения, аресты и высказывания, коммерческие проекты и политические эксцессы. При этом актуальность (кто-то скажет «сенсационность») анализируемых событий не заслоняет для него подлинный смысл происходящего. Сергей Кургинян не становится на чью-то сторону, не пытается кого-то демонизировать. Он выступает не как следователь или журналист, а как исследователь элиты. Аппарат теории элит, социология закрытых групп, миропроектная конкуренция, политическая культурология позволяют автору разобраться в происходящем, не опускаясь до «теории заговора» или «войны компроматов».

Сергей Ервандович Кургинян

Политика / Образование и наука
Пропаганда 2.0
Пропаганда 2.0

Пропаганда присутствует в любом обществе и во все времена. Она может быть политической, а может продвигать здоровый образ жизни, правильное питание или моду. В разные исторические периоды пропаганда приходит вместе с религией или идеологией. Чаще всего мы сталкиваемся с политической пропагандой, например, внутри СССР или во времена «холодной войны», когда пропаганда становится основным оружием. Информационные войны, о которых сегодня заговорил весь мир, также используют инструментарий пропаганды. Она присутствует и в избирательных технологиях, то есть всюду, где большие массы людей подвергаются влиянию. Информационные операции, психологические, операции влияния – все это входит в арсенал действий современных государств, организующих собственную атаку или защиту от чужой атаки. Об этом и многом другом рассказывается в нашей книге, которая предназначена для студентов и преподавателей гуманитарных дисциплин, также ее можно использовать при обучении медиаграмотности в средней школе.

Георгий Георгиевич Почепцов

Публицистика / Политика / Образование и наука