Русская пехота в последних войнах Российской империи

Спустя некоторое время пехота поднялась в атаку. Однако согласно описанию действий 7-го Сибирского Красноярского полка: «На пути наступления шагах в 400—500 от позиции противника был громадный овраг, о существовании которого никто не знал. Люди, измученные двухчасовым движением под пулями, добегали до берега оврага, скатывались в него и, задевая за камни, которыми были усеяны берега оврага, в лучшем случае получали ранения.

Далее этого участка атака не пошла, да она была совершенно немыслима. Вызывались группы – охотников-смельчаков, которые добирались даже до японских постов, но немедленно сверху на них скатывались груды камней. Вообще атака этой сопки в лоб, да еще и днем, была совершенно невозможна».

В 17.00 на поддержку колонны прибыл 3-й батальон 10-го Восточно-сибирского стрелкового полка под командованием капитана Рацула. Последний получи приказ начальника отряда: «Сегодня во что бы то ни стало приказано взять высоты, что перед вами; туда же двинулся Енисейский полк, но почему-то залег в лощине и далее не идет. Ваша задача – дойти до Енисейского полка, влиться в него, двинуться дальше и собственным примером увлечь его за собой. Если бы Енисейский полк не пошел в атаку почему-либо, то идите сами. Местность, по которой вы будете идти, сильно обстреливается».

Стрелки перешли в атаку. Перебежки каждого взвода противник обстреливал сильным артиллерийско-ружейным огнем. Енисейцы, Красноярцы и горная батареи поддерживали стрелков огнем. Достигнув первой линий, капитан Рацул увидел, что перед главным массивом, занятым японцами, были разбросаны отдельные группы бойцов Красноярского и Енисейского полков, укрывшиеся за искусственной стенкой и скатами. Здесь капитан Рацул нашел подполковника Иванова, возглавившего, за убылью подполковника Станиславова, Енисейский полк. Здесь же было знамя, 3 офицера и несколько солдат этого полка. Подполковник Иванов заявил, что остальные чины выбыли из строя или разбросаны мелкими группами по отрогам гор.

Незначительная поддержка одним батальоном не смогла переломить ситуацию. Атака 3-го батальона 10-го В.-С. полка, потерявшего 130 человек из 500, не удалась. С наступлением темноты, подобрав раненых, части отряда отошли на прежние позиции.

Потери 8-го Сибирского Красноярского полка в бою у Лаутхалазы составили: без вести пропал командующий полком подполковник Станиславов, 5 офицеров ранено, 2 офицера контужены, 3 офицера получили ушибы; нижних чинов убито 30, ранено 339, пропало без вести 19.

Потери пяти рот 7-го Красноярского полка составили: 1 офицер (прапорщик Моторин) и 41 нижний чин были убиты, 7 офицеров и 469 нижних чинов ранено или контужено, 33 нижних чина остались на поле сражения.

Общие потери 14-го пехотного полка, несколько рот которого противостояли енисейцам и красноярцам, составили: 147 убитых и 633 раненых. 1-й гвардейский резервный полк потерял 49 убитых и 165 раненых, 39-й резервный полк – 27 и 96 соответственно.

Западный отряд двинулся вперед двумя колоннами: правая (XVII корпус) – западнее железной дороги, левая (X корпус) – восточнее ее. Казачья дивизия г.-м. Грекова наступала правее XVII корпуса между ж/д и д. Хуньхе. К вечеру 23 сентября главные силы остановились на р. Шахе, а авангарды на р. Шилихе, немедленно начав укрепление позиций. Два дня части оставались на местах и продолжали укрепляться, ожидая известий из Восточного отряда. Только 26 сентября, ввиду ожидавшихся на следующий день решительных действий ген. Штакельберга на Тумынлинском и Хуалинском перевалах, главным силам Западного отряда приказано было передвинуться на линию авангардов. В свою очередь, авангарды должны были продвинуться несколько вперед, с целью привлечь на себя внимание маршала Ойямы и не дать ему возможности усилить войска, действующие против Восточного отряда. Однако такое вялое наступление едва ли могло оказать какое-нибудь влияние на распоряжения японского главнокомандующего.

Исполняя это приказание, отряд г.-л. Бильдерлинга продвинулся с боем на 5 км вперед и, отбросив передовые части японцев, расположился на р. Шилихэ.

В то же время генерал Куропаткин, опасаясь прорыва японцев между Западным и Восточным отрядами, выдвинул к Хамытану из общего резерва IV Сиб. корпус г.-л. Зарубаева, которому были приданы также конный отряд г.-м. Мищенко и служившая ему поддержкой бригада X корпуса (г.-м. Мау).

К вечеру 27 сентября Маньчжурская армия, таким образом, находилась в следующем положении:

Западная группа – на р. Шилихэ от Фендиатуня до устья, готовилась в случае наступления противника принять бой на укрепляемой позиции. На ее правом фланге была казачья дивизия г.-м. Грекова – у Цунлунянтуня.

Средняя группа (г.-л. Зарубаева) – у Хамытана, имея впереди конницу г.-м. Мищенко.

Восточная группа – начала атаки японских позиций на Тумынлинском и Хуалинском перевалах.

Общий резерв: I арм. корпус на правом берегу Шахе у Лиофантуня за центром армии, VI Сиб. корпус – у Куанлинпу уступом за правым флангом.