Русская песня в изгнании

Я написал, что «Алик может говорить о Лещенко часами», и это действительно так. Его творчество оказало огромное влияние на поколение 30–50-х годов, он был их кумиром. Так же как в 80-е рой слухов будет окружать имена В. С. Высоцкого, А. Д. Северного, В. И. Токарева, так во времена пика популярности Петра Лещенко ему будут приписываться несуществующие подвиги и деяния.

«Проверенные источники» будут утверждать, что он авторитетный вор, или белый офицер, или даже друг Есенина, уехавший потом за границу.

В сталинские времена за его песни можно было загреметь туда, «где даже летом холодно в пальто», ведь его считали «вражеским шпионом».

Биббс Эккель:

«Я русский выучил только за то…»

В начале 90-х некоторые коллекционеры музыки первых эмигрантов опубликовали немало книг и статей о легендарном артисте, жарко спорили и ругались, не сходясь в деталях, сняли несколько фильмов, а тема все равно не исчерпалась.

На берегах туманного Альбиона живет человек, зовут его Биббс Эккель, он самый настоящий англичанин. Не знаю уж, как и когда, но он настолько проникся творчеством «цыгана Пети», что создал клуб по изучению наследия артиста, специально выучил русский и исполняет его песни, причем здорово и практически без акцента. А еще Эккель руководит ансамблем балалаечников и вообще считается большим спецом по нашей культуре. Он чем-то напоминает мне загадочного человека Колю Васина из Питера (раньше его часто показывали по ТВ), у которого, в свою очередь, «рвануло крышу» на песнях Beatles, и из собственной малогабаритки он соорудил настоящий музей, при посещении которого западные битломаны ясно понимают, что их коллекции — это детские альбомчики на фоне запасников Эрмитажа. Культурный обмен, так сказать.

Князь Шульман-Долгорукий

Вы хочете песен, их есть у меня…

Одесская песня

Но будем выдерживать намеченный курс и вернемся в фарватер третьей волны.

В одно время с Ошмянским в Нью-Йорке записывает виниловую пластинку легендарный человек — Виктор Шульман. Он оказался в эмиграции в 1976-м, открыл, наверное, первый русский ресторан, который назывался «Happy пирожок» и находился не на Брайтон-Бич, который наши тогда только начали отвоевывать у негров и латиносов[27], а в Квинсе[28]. Старожилы третьей волны рассказывают захватывающие дух истории про битвы молодых одесситов с чернокожими. Крепкие еврейские юноши на мотоциклах с цепями в руках, наверное, и теперь снятся бывшим коренным обитателям Брайтона. Это реально первый в истории Города желтого дьявола случай, когда белые вытеснили афроамериканцев. Обычно всё происходит наоборот.

Виктор Шульман

Шульман сделал несколько пластинок с известными блатными песнями, но, кроме них, пел много лирики, песни Владимира Высоцкого, романсы. По правде говоря, «одесские штучки» получились куда как лучше. Но продолжать карьеру певца не стал. Виктор Шульман уже лет тридцать самый успешный импресарио «русской Америки»: он устраивал выступления Высоцкого, Пугачевой, Розенбаума, Лещенко и Винокура…

Легче припомнить, кого из наших звезд Шульман не привозил в Штаты.

А еще у него есть великолепный дом отдыха «Аленушка» недалеко от Нью-Йорка и супруга — прямая продолжательница ветви основателя Москвы князя Юрия Долгорукого. Женившись, Шульман, как ни крути, тоже стал княжеским родственником и лет восемь назад отчаянно бился то ли за наследство, то ли за репутацию исторической фамилии. Чем закончилась тяжба, мне неизвестно.

Многие обитатели Брайтона недолюбливают Шульмана. Я не знаю, справедливо это или нет. Песни в исполнении Виктора хорошие, а какой он в бизнесе, судить не могу. В книге Бориса Сичкина, речь о котором впереди, есть глава «Виктор Шульман». Она написана с таким юмором, что я не могу себе позволить не процитировать столь ценный источник.

«Когда по приезде в Америку я впервые увидел в газете огромную тупую морду, я не сомневался, что внизу будет подпись „Обезвредить преступника“. Оказалось, что морда была помещена на анонсе к предстоящему концерту Виктора Шульмана.

Забегая вперед, в Израиле мне довелось услышать выступление Шульмана, и, как говорят одесситы, это было что-то особенное. Я слышал разную мелодику речи — кавказскую, украинскую, среднеазиатскую, но мелодика речи Шульмана…