Русские отряды на французском и македонском фронтах (1916-1918 г.г.)

Что касается юридической стороны, то, до разделения военных контингентов на три категории, все русские воинские чины подлежали исключительно русской военной юрисдикции. После же «триажа» в ведении этой последней остались лишь воинские чины 1-й категории, люди же, перешедшие на положение рабочих, поставлены были в зависимость от французских военных трибуналов и подлежали военному или гражданскому суду по общефранцузским законам.

Для заведывания всеми русскими военными контингентами после расформирования дивизий была учреждена, распоряжением французского Военного министерства и под его высшим наблюдением, русская база в Лавале (близ Мана (Mans)). По мысли французских военных властей, начальником базы должен был быть генерал русской службы с подчинением ему начальника штаба базы и интенданта из чинов французской армии. На эту базу должны были быть направляемы все воинские чины, оставшиеся неиспользованными по тем или иным причинам после расформирования русских лагерей в Ла Куртин и Курно. Там же, на базе, должно было быть сосредоточено тыловое управление полковника Карханина, подлежавшее ликвидации ввиду перехода военных контингентов на попечение французского правительства. На этой же базе должен был быть открыт госпиталь для пользования в нем больных и раненых из состава русских добровольческих отрядов (легионеров), лечение же воинских чинов, перешедших на рабочее положение, должно было производиться во французских лечебных заведениях, находившихся в пунктах поблизости места их работы.

Для македонского фронта предполагалось организовать подчиненную Лавальской вспомогательную базу в Салониках, равно небольшие депо в различных пунктах Франции, где должны были находить себе временное пристанище одиночные люди из состава русских военных контингентов, оставшиеся почему-либо без работы и не подлежавшие отправлению на главную базу в Лаваль.

В период обсуждения вопроса об организации главной базы для русских военных контингентов в Лавале у французских властей явилось предположение о назначении начальником этой базы генерала Занкевича. Но затем, письмом от 6 января 1918 года, генерал Занкевич был запрошен французским Генеральным штабом, не встречается ли препятствий к назначению начальником этой базы генерала Лохвицкого. Последний и получил это назначение, причем начальником штаба названной базы был утвержден полковник французской службы Баржоне (Baijonet).

Что касается генерала Занкевича, то он, после некоторых неудавшихся попыток отстоять самостоятельность русских военных контингентов, находившихся за границей, письмом от 30 января 1918 года на имя председателя Совета министров и военного министра счел вынужденным снять с себя ответственность за будущее этих контингентов и сложить (résilier) свои обязанности, не находя возможным при данных условиях их осуществлять.

При этом свои полномочия он передал в отношении русских военных контингентов, находившихся во Франции и Македонии, соответственно генералу Лохвицкому и генералу Тарановскому, а в отношении своей личной канцелярии – генералу графу Игнатьеву.

Генерал Лохвицкий состоял начальником базы в Лавале до 11 июня 1918 года, когда французским военным министром было принято решение о замещении этого поста генералом французской службы.

Про русские военные контингенты, находившиеся в Лавале, складывались различные неблагоприятные слухи, разраставшиеся до обвинений в предательстве и шпионаже. Лучшим ответом на все эти небылицы служит мнение начальника штаба базы полковника Баржоне, выраженное им в одном из его донесений в Военное министерство: «Какова бы ни была в будущем национальность войск, которые будут размещены в Лавале (вопрос шел о выводе русских контингентов из Лаваля в виду разного рода нареканий местных властей), наблюдаемые неудобства от соседства населения и иностранцев будут существовать, ибо я не вижу таких, которые могли бы быть приписаны специально русским войскам»[102]. Нельзя также не привести письменный ответ французского военного министра от 27 марта 1918 года одному из сенаторов, в котором Клемансо, опираясь на заключения командующих войсками в различных районах Франции, говорит об общем поведении русских контингентов: «За исключением нескольких единичных случаев антидисциплинарных поступков, поведение русских солдат-рабочих в общем удовлетворительно (satisfaisante dans l'ensemble). Во многих районах их работы являются ценной помощью (une aide appréciable) местному производству, и некоторые префекты даже просят о снабжении их районов увеличенным числом солдат-рабочих».

В качестве заместителя генерала Лохвицкого начальником базы был назначен дивизионный генерал французской службы Брюлар (Brulard), a полковник Баржоне, бывший начальник штаба базы, получил звание его помощника. 22 июня новый начальник базы уже вступил в исполнение своих обязанностей[103].