Русские отряды на французском и македонском фронтах (1916-1918 г.г.)

Жертвенность, с которой этот батальон выполнил свой маневр, ввиду серьезности общего положения, смелость и отвага, с которыми он его осуществлял под самым сильным неприятельским огнем, поразительная энергия и выносливость, каковые свойства были им проявлены, – требуют представления батальона Русского легиона к заслуженной им награде…»

Представление это было уважено главнокомандующим французскими армиями 30 сентября 1918 года, и батальон Русского легиона получил право ношения особого отличия, называемого во Франции «Fouragère» (род аксельбанта, носимого всеми чинами части на левом плече).

Названное награждение было сопровождено особым приказом маршала Петена, главнокомандующего французскими войсками.

«Награда эта, – говорит генерал Доган в своей «Notice», – напоминает не только о прекрасном боевом поступке батальона Русского легиона, выполненном им 2 сентября, но о всех героических делах, в которых батальон принимал участие в апреле 1918 года.

Батальон особо отобранных людей, непримиримая ненависть которых к врагу в соединении с полным презрением к смерти воодушевляет все их действия, проявил редкую храбрость в течение боевых операций на Сомме с 26 по 30 апреля 1918 года (см. выше), содействуя своим героическим сопротивлением и ценой больших потерь остановке продвижения неприятеля на Амьен.

Этот же батальон принял не менее блестящее участие в операциях у Суассона 30 мая и теперь 2 сентября, где он выявил те же качества и ту же жертвенность, сражаясь беспощадно, в целях удержания за собой раз взятой территории, и захватывая у неприятеля многочисленных пленных и материальную часть».

Наконец, 14 сентября 1918 года отряд Русского легиона принимает не менее почетное участие в общей атаке укрепленной позиции Гинденбурга, северо-восточнее плато Лаффо (Laffaux). Участие это рисуется по тому же источнику в следующем виде:

«В ночь с 13 на 14 сентября батальон оставляет свое бивачное расположение, занимавшееся им со времени блестящего боя 2 сентября. Его новое назначение состояло в том, чтобы, выдвинувшись из резерва в 1-ю линию боевого порядка своей бригады, занять участок между Иностранным легионом и 12-м батальоном мальгашских стрелков справа.

Боевая задача батальона заключалась в овладении весьма сильно укрепленным неприятельским узлом сопротивления, который представлял значительную опасность для наступления всего отряда. После захвата на фронте этого узла двух траншей и (Россиньоль (du Rossignol) и Авансе (Avancée – Выдвинутая)) необходимо было штурмовать Шато де ля Мотт (Chateau de la Motte) и, овладев последним, привести его в состояние обороны.

В назначенный день и час 1-я рота батальона Русского легиона бросилась в атаку со своей обычной стремительностью, поддерживаемая следующей за ней в расстоянии 150 метров 2-й ротой. В своем безграничном порыве 1-я атакующая волна захватывает траншею Россиньоль, почти мгновенно преодолевая вторую промежуточную траншею, и овладевает штыковым ударом, соединенным с действием ручных гранат, траншеей «Авансе». Этому действию в широкой мере помог отряд, направленный на отметку (82, 41), где находился немецкий блокгауз, отбивавшийся от нашествия неприятеля всеми своими минометами и пулеметами, прикрытыми бетонными убежищами.

Очистив от неприятеля захваченные траншеи, Русский легион продолжал свое наступление и, опередив заградительный огонь своей артиллерии, стремительным штыковым ударом овладевает последним предметом своих действий – Шато де ля Мотт. Быстрота действий русских легионеров была такова, что немцы не успели оказать им сопротивление, и в руки атакующих попало много пленных, пулеметов и разных предметов боевого снабжения.

Все эти действия были проведены так блестяще и с такой безоглядной стремительностью, что потери батальона были относительно весьма незначительны: всего 9 убитых и 25 раненых. Но впечатление от этих побед в значительной мере увеличило и без того славную боевую репутацию, которую стяжала себе доблестная фаланга русских легионеров в 1-й марокканской дивизии».

Так доносил 26 октября 1918 года своему начальству генерал Доган, начальник 1-й марокканской дивизии. На том же донесении имеется следующая отметка генерала Жерара (Gérard), командующего 8-й французской армией:

«С апреля 1918 года, времени сформирования[118]

, батальон Русского легиона, вошедший в состав 1-й марокканской дивизии, давал неоднократно доказательства самого лучшего своего поведения в различных операциях, в которых ему приходилось принимать участие.

Качества, которые делали из этой части войск в руках его начальников весьма ценный боевой инструмент, отмечены в мотивах представления батальона к награде, полученной этой частью 30 сентября 1918 года.

При этих условиях желательно оказать содействие к дальнейшему укомплектованию русскими контингентами этого батальона, входящего в состав 1-й марокканской дивизии.

29 октября 1918 года.

Подпись: Командующий 8-й (французской) армией

генерал Жерар».