Русские песни

Многие поэты, так же как и многие светские люди, умеют скрывать свою несамобытность ловкими оборотами речи и иногда тем, что заимствуются разом у десяти поэтов. Таких поэтов много видали мы в нашей литературе; но не таков г. Мыльников, по поводу которого мы сделали все эти замечания: он не умеет прикрыть своих подражаний, и всякий, кто прочтет его, легко назовет даже именно ту пьесу Кольцова, из которой взято то или другое стихотворение г. Мыльникова. Его песни до противности близки по внешности к песням Кольцова; одного только в них и нет: этой внутренней истины, о которой мы сейчас говорили. И остается только внешнее содержание, отзывающееся совершенно голою фразой. Вспомните, например, одно не из лучших еще стихотворений Кольцова: «Не скажу никому».

Не скажу никому,Отчего я веснойПо полям и лугамНе сбираю цветов.Та весна далеко,Те завяли цветы,Из которых я с нимЗавивала венки!И тех нет уж и дней,Что летели стрелой,Что любовью нас жгли,Что палили огнем!Все прошло уж давно…Не воротишь назад!Для чего ж без негоЦветы стану я рвать?Не скажу никому,Отчего у меняТяжело на грудиЗлая грусть налегла…

Теперь посмотрите, что из этого глубоко прочувствованного стихотворения сделал г. Мыльников:

Во широкой степиНа раздольных поляхМного дивных цветовРасцветает весной.Но они не пленятМеня чудной красой;Их не буду я рватьИ не стану сбирать:Мне венка для дружкаУж из них не свивать.Те и дни протекли,Как искала я их,И то время давноОгнем будто сожгло.Вы цветите ж, цветы,Во широкой степи.У меня ж в дни весныСердце вянет в груди.

Нас поразила в этой переделке чрезвычайная обстоятельность, с которою рассказывает г. Мыльников. У Кольцова предполагается уже известным, где и как растут цветы; он весь предан изображению чувства, занимающего девушку; у него видим только ее грусть, ее воспоминания. Г-н Мыльников, напротив, считает нужным закруглить изображение чувства статистическою заметкою: «В степи цветет много цветов; они очень хороши, но мне не нравятся; а почему не нравятся, тому следуют пункты». Точь-в-точь господин, который, проникшись сожалением к бедным мужикам, начинает в какой-нибудь гостиной важно и подробно излагать физиократическую систему!..[3]

Подобным образом переделано г. Мыльниковым много других стихотворений Кольцова. Иногда он берет из Кольцова всего несколько стихов и из них строит стихотворение. Например, вспомните «Совет старика». Там есть стихи:

Поспешайте ж, юноши,Наслаждаться жизнию,Отпируйте в радостиПраздник вашей юности!Много ль раз роскошнаяВ год весна является? и пр.

Из этих стихов г. Мыльников составил стихотворение, которое мы приведем, соединивши два стиха в один, так как г. Мыльников, неизвестно почему, постоянно разбивает один стих на два. У него, например, «выходила милая, распевала песенки» – четыре стиха, «выйду замуж я млада» – два стиха, и пр.

Други юных лет! СпешитеЖизни праздник пировать!Знайте, знайте, – дни златыеЛегче птички улетят.Не глядите, что природаОбновляет все весной;Юность быстро пронесется,И не будет вновь другой.Так пируйте, друзья, младость,Отпируйте счастье дней!Отпируйте, проводитеЮность, юность веселей!..

Опять та же прелестная обстоятельность и то же полное отсутствие искреннего, живого увлечения. У Кольцова старик говорит юношам, чтобы наслаждались жизнью; у г. Мыльникова сами юноши приглашают себя к наслаждению. Старик, сравнивая возрасты жизни с годовыми переменами, остается верен поэтическому воззрению, говоря:

Не одно ль мгновениеИ весне и юности?

Юноши г. Мыльникова, напротив, сочиняют хрию[4] и делают «уступительное сравнение от противного». У них поэтический образ принимает следующий вид: «хотя юность и сравнивают с весною, но на это не нужно смотреть, ибо весна каждый год является вновь, юности же в другой раз не бывает». Какая же уж это поэзия?