Русские сказания

О том, что требует от нас Бог в жизни, народ наш знал, вероятно, больше городских жителей. В деревне церковь все еще была прибежищем в скорби и утешительницей в горе. Город предавался развлечениям, пьянству, картам и всякому соблазну. Деревня находила содержание жизни в труде, молитве и дружеской беседе. Религиозные предания при этом передавались из поколения в поколение, и некоторые из них заслуживают, чтобы их запомнить. Так, говорили, что «Бог часто ходит в ночи с Ангелами, стучится, чтоб приняли Его на ночлег, а когда откажут, Ангел записывает в Книгу двор, и после хозяева получают наказание. Зашел Он однажды к одному мужику, а тот и сказал бабе: «Ну, принимай гостей! Четверо пришли!» — «Как же принимать, знаешь, у нас всего одна коровенка, да та почти перестала давать молоко, а ведь у нас еще трое детишек!» — «А ты пойди, благословись, подои корову, может, на счастье путникам кувшин-другой набежит». Пошла баба, так как никогда не перечила мужу, благословилась: «Дай, Боже, на счастье путникам Твоим!» и стала доить, да ведро надоила, а оно бы еще доить надо было. Молоко густое, полное, прямо как от молодой коровы в первый день. Принесла баба ведро, а старший из путников и говорит: «А ты, баба, раба Божья, подоила бы еще!» — «Как же еще, — возразила она, — когда и так никакая корова столько не дает!» — «А ты пойди с Богом и попробуй». Она пошла, снова благословилась и еще ведро выдоила. Стала она пышки делать, да такие вышли пышки, ровно на чистых сливках! Подала она все молоко из печи, сколько кувшинов ни вышло, и говорит: «Ешьте, странники Божьи! Господь дал нам прибыль, так всю ее вам даем, ибо на ваше счастье благословилась». Поблагодарили странники и стали есть горячее молоко с хлебом, а потом и пышек попробовали. Вечером стало темнеть, баба хотела светло засветить, а странники и говорят: «И так все видно!» И правда, видно было как днем. Баба постелила двоим на печи, а двоим на постели, сама с мужем и детьми на полу, на соломе легла. Просыпается рано до зари, а путники уже одеты, и старший говорит ей: «Долгий путь нам, и просим тебя, раба Божия, надои молока, возьми ведро и принеси, чтоб было чем поснедать, когда светло будет!» Взяла баба ведро, пошла доить, а молоко еще лучше вчерашнего. Принесла она ведро и спрашивает: «А далеко нести его?» Старший и отвечает: «А пойдем с Богом, минут десять, что ли». Вышли они, туман кругом, а звезды видно, как сияют. Идут путники быстро, поспевает за ними баба, да молоко плещется через край ведра, проливается на тропинку, вся тропа побелела. «Ну, дай Господи тебе тоже счастья!» — сказал старший, благословил ее, и тут только увидала она, что стоит на самом небе, на Стожарах, и что где молоко пролила, там и Пояс Небесный виден! Испугалась баба, но Ангел ее подхватил и опустил на землю. Пришла она домой, а там молока, молока, молока везде: и в горшках, и в бочке для воды, и в кувшинах — и все густое, крепкое! Пока дети не выросли, корова каждый день три ведра давала утром и вечером».

Смысл этой легенды тот же, что и смысл ведических легенд о Заре Утренней, а значение Коровы возрастает до религиозного содержания. У ведийцев она олицетворяла землю, а Бог олицетворял Быка. Однако христианское содержание этой легенды несомненно. Священное значение гостеприимства в этой легенде подчеркивается тем, что Сам Бог в нем нуждается. Бог, однако, не остается в долгу и вознаграждает хозяина. Хозяйка его узнает Небесную Дорогу — Млечный Путь. Эта дорога та самая, по которой «Утренний и Вечерний Левины скачут». Соответственно им, и греческие Диоскуры тоже. Таким образом, эта легенда оказывается глубоко связанной с арийскими религиозными представлениями и мифологией. Семиты в древности придавали Млечному Пути значение Лестницы Иакова к Богу. И те и другие все равно понимали Млечный Путь как некую связь Неба и Земли. Ведическая Корова-Земля и ее Молоко — символ связи с Небом. Последнее является простым людям в виде путников.

СКАЗ ЮРЬЕВСКОЙ ТКАЧИХИ

В Юрьевке почти в каждом доме стояла кросна — большой ткацкий станок для выработки конопляных, льняных и шерстяных изделий. Делали на нем иногда и дорожки из ленточек старого ситца. Эти дорожки можно было видеть почти в каждой хате. Южнорусскому крестьянству неизвестны курные избы. Оно жило в чистых хатах, подбитых глиной, с глинобитными, но ровными полами, белыми стенами, поставцами на них, т. е. витринами с посудой, и с длинными, с четырех сторон, скамьями, на которых может усесться большое количество людей, а в некоторых хатах и с венскими стульями. На окнах, в чистых занавесках, стояли цветы, герань, мороз, лимонная травка, амариллисы, лилии и даже кустики кайенского перца. В одной из таких хат трудилась старая ткачиха, еще работавшая при Николае Первом на настоящих фабриках. Она рассказывала самые интересные сказки и часто говорила, особенно на Рождество и Масленой, сказы: