Читаем Русские воинские традиции полностью

Стоит также указать на некоторое различие в терминах «воинское» и «боевое» искусство. Воин и боец – не совсем одно и то же. Вообще бойцами на Руси раньше называли забойщиков скота. Боец в более позднем народном понимании – это человек, искусно владеющий кулачным боем или боем палочным. Из этих бойцов еще надо было сделать настоящих воинов.

РУКОПАШНЫЙ НАРОДНЫЙ БОЙ

В дохристианской Руси игровые бои обязательно включались в магическую обрядность, связанную с земледельческими событиями календарного года, со свадебными, похоронными и другими ритуальными действиями. Тогда, как описывал известный этнограф прошлого века И.П. Сахаров, «девицы разыгрывают хороводы, а молодцы бьются «на кулачки» и борются один на один».

Поединок был распространенным способом выяснить отношения, доказать свою невиновность, добиться чего-либо. Поединку обязательно предшествовал вызов. Отказаться от вызова – значит покрыть себя позором. Поединок являлся священнодействием, и оба участника должны были относиться к нему соответственно. Он мог проходить как со свидетелями, так и без оных, как на равном оружии, так и не очень, но чаще «среди своих» – без оружия, сохраняя жизни воинов.

Великий собиратель русского языка В. Даль так говорит о борьбе: «Борьба – усилие одолеть противника, состязание двух сил, единоборство без оружия и без побоев и драки, где противники только стараются побороть друг друга, свалить с ног... Борьба, как ристание, единоборство, различна по обычаям и условиям: русские борются либо с носка – одной рукой друг друга за ворот, а другой не хватать; либо накрест руками, через плечо и под силки и валяют через ногу, подламывают под себя и, припадая на колено, перекидывают через себя... Борец, единоборец, искусный в борьбе или питающий в ней силы... Боритель, борец, победитель, поборовший противника. Борбище, ристалище, борьба как зрелище, потеха, место, поприще борьбы...»

Борьбу, кулачный поединок можно рассматривать как форму ритуального противоборства; вид спортивной игры; характерная особенность поведения некоторых мифологических персонажей; фольклорный мотив. Ритуальные поединки между двумя сторонами, представляющими родовые, территориальные или социально-возрастные объединения, символизируют борьбу двух начал (добра и зла, зимы и лета) и совершаются, как правило, на переломе старого и нового годов, на рубеже календарных сезонов.

Существует и такое понятие, как «драка» – беспорядочные поединки вне связи с обрядовой стороной, возникающие чаще всего на бытовой почве. «Бой, битва, побоище, потасовка, схватка, рукопашная ссора, кулачная свалка» (Даль В.И.), «взаимные побои» (Ожегов С.И.).

При Ярославе Мудром появились первые профессиональные кулачные бойцы. Согласно «Русской Правде» (своду общественных законов, просуществовавшему около 600 лет), судебную тяжбу допускалось разрешать на судном поле. Спорящий либо выходил биться сам, либо выставлял родственника. Богатые, как правило, покупали бойца и нахлобучивали на него свою шапку, что означало родовую связь. Образовались целые переулки наемных бойцов, например, в Новгороде этим славился Неревской конец.

У Ключевского упоминается легенда о том, как во время Крещения Руси в Новгороде сбросили в реку идол бога Перуна. От него оторвалась щепка, которая зацепилась за Волховский мост. И именно на Волховском мосту стали бться на палках. От множества удалого народу деревянный мост постоянно рушился, и его постоянно восстанавливали за счет купцов-доброхотов, любящих эти лихие состязания.

Кулачные бои в Средние века на Руси являлись одним из способов поддержания боевого духа и подготовки воинов к сражениям. Высокий уровень подготовки русских воинов обеспечивался тем, что молодежь получала необходимую подготовку в единоборствах во время боевых игр и игрищ. Бои кулачные и палочные составляли для детей и подростков потеху, увеселение.

Мальчик, едва научившись ползать, начинал брататься (бороться). После семи лет мальчики уже выходили на «затравку» перед настоящими бойцами. Далее они проходили определенные ступени «стеношных бойцов»: «выростки» (подростки во взрослой стенке); «бойцы»; «старики» (опытные бойцы); «клиновые»; «надежа-бойцы», заканчивая атаманами и «дедами», судящими бой и обучающими молодежь.

Существовали разные виды рукопашного боя: одиночные («сам на сам») – один на один, «охотницкий»; «палочный бой» и групповые: «сцеплялка-свалка» (каждый среди многих за себя); «круговой» (один против всех) и наиболее организованный и сложный вид схватки – «стенка на стенку».


Старая Москва. Разъезд после кулачного боя. Художник А.М. Васнецов


Для боев «сам на сам» и «стенка на стенку» в России периода Средних веков часто использовались ножи, палки, посохи, кистени и разнообразные заначки в рукавицах. В связи с необходимостью в потешных сражениях имитировать вооруженное столкновение получили распространение специальные дубинки и шесты для кулачного боя, известные по исследованиям культуры Древнего Новгорода.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Брежневская партия. Советская держава в 1964-1985 годах
Брежневская партия. Советская держава в 1964-1985 годах

Данная книга известного историка Е. Ю. Спицына, посвященная 20-летней брежневской эпохе, стала долгожданным продолжением двух его прежних работ — «Осень патриарха» и «Хрущевская слякоть». Хорошо известно, что во всей историографии, да и в широком общественном сознании, закрепилось несколько названий этой эпохи, в том числе предельно лживый штамп «брежневский застой», рожденный архитекторами и прорабами горбачевской перестройки. Разоблачению этого и многих других штампов, баек и мифов, связанных как с фигурой самого Л. И. Брежнева, так и со многими явлениями и событиями того времени, и посвящена данная книга. Перед вами плод многолетних трудов автора, где на основе анализа огромного фактического материала, почерпнутого из самых разных архивов, многочисленных мемуаров и научной литературы, он представил свой строго научный взгляд на эту славную страницу нашей советской истории, которая у многих соотечественников до сих пор ассоциируется с лучшими годами их жизни.

Евгений Юрьевич Спицын

История / Образование и наука
Кузькина мать
Кузькина мать

Новая книга выдающегося историка, писателя и военного аналитика Виктора Суворова, написанная в лучших традициях бестселлеров «Ледокол» и «Аквариум» — это грандиозная историческая реконструкция событий конца 1950-х — первой половины 1960-х годов, когда в результате противостояния СССР и США человечество оказалось на грани Третьей мировой войны, на волоске от гибели в глобальной ядерной катастрофе.Складывая известные и малоизвестные факты и события тех лет в единую мозаику, автор рассказывает об истинных причинах Берлинского и Карибского кризисов, о которых умалчивают официальная пропаганда, политики и историки в России и за рубежом. Эти события стали кульминацией второй половины XX столетия и предопределили историческую судьбу Советского Союза и коммунистической идеологии. «Кузькина мать: Хроника великого десятилетия» — новая сенсационная версия нашей истории, разрушающая привычные представления и мифы о движущих силах и причинах ключевых событий середины XX века. Эго книга о политических интригах и борьбе за власть внутри руководства СССР, о противостоянии двух сверхдержав и их спецслужб, о тайных разведывательных операциях и о людях, толкавших человечество к гибели и спасавших его.Книга содержит более 150 фотографий, в том числе уникальные архивные снимки, публикующиеся в России впервые.

Виктор Суворов

Публицистика / История / Образование и наука / Документальное