То, что произошло потом, было настоящим кошмаром [Гапон 1990: 91-104]. Казаки атаковали толпу, солдаты открыли огонь по собственному народу. В истории русских революций это событие стало точкой невозврата. Царь утратил образ заботливого отца нации. Он стал правителем-террористом, убивающим своих же подданных. Когда в 1905 году внешняя политика России обратилась от Восточной Азии обратно к делам Европы [Peters 1944а: 369], в результате войны уже было сформировано революционное движение, участники которого потеряли доверие к царю и стремились не просто изменить политическую ситуацию в стране, но и избавиться от старого символа особых русских взаимоотношений между правителем и теми, кем он управляет. Кровавое воскресенье, как его назовут позже, указало Акаси и Циллиакусу на растущую вероятность революционного взрыва в России в ближайшем будущем. Японский офицер осознал эту возможность и запросил из Японии 450 000 иен для финансирования окончательного удара по Российской империи. Однако в Министерстве иностранных дел сомневались, потому что боялись, что иные силы, заинтересованные в Польше или в стабильной России, могли узнать о планах Японии и использовать этот предлог для начала войны [Inaba 1988в: 77–78]. Сомнения рассеялись, когда японская армия не смогла одержать убедительную победу в Мукденском сражении. Российские войска оставались в Маньчжурии, а военная машина Японии была близка к своему экономическому пределу; все это побудило руководство в Токио обдумать другие способы окончания конфликта и принуждения Российской империи к переговорам. Одновременно с этим японское правительство проинформировали по различным каналам о недостатках такого плана, в частности о недостатке единства среди польских революционных партий. Посланник в Австрии Макино Нобуаки писал в докладе:
Мой агент, живущий в Кракове, проинформировал меня о следующем:
Хотя Социал-демократическая партия и социалисты-революционеры без конца стремятся начать революцию, их деятельность хронически терпит неудачу. Партия социалистов-революционеров – наиболее организованная из всех оппозиционных партий и является ведущей силой оппозиционного движения. Другим оппозиционным группам достаточно того, что они следуют за этой партией.
План по мобилизации резервистов в Лодзе и Варшаве был отложен.
Торговля и промышленность находятся в полной стагнации по всей России, и экономические проблемы практически неизбежны.
Все войска заняты охраной железных дорог и городов на военном положении. Весьма маловероятно, что русское правительство будет продолжать войну. Я думаю, что волнения внутри страны продолжатся, несмотря на отпор правительства и сомнения людей в том, что их жизнь улучшится после «политической реформы» правительства [Akashi 1988: 63].
Тем не менее в середине марта запрос Акаси на перевод денег был удовлетворен. На ситуацию повлияло то, что окончательное решение принимали Кацура и Кодама, своими глазами видевшие положение японской армии в Маньчжурии [Inaba 1988в: 80–81].