Русско-турецкая война 1686–1700 годов

В апреле 1689 г. с Кумы вернулось на Дон 40 семей казаков-старообрядцев. Они говорили, что позднее придут и другие старообрядцы, которые не хотят идти с Маноцким войной на Терек[2013]. Для московских властей эти новости, с одной стороны, были хорошими, поскольку распадалась старообрядческая община, находившаяся под покровительством князя Мисоста. Действительно, после 1689 г. мы не встречам данных о каких-либо активных действиях старообрядцев с Кумы. С другой стороны, становилось очевидным, что ушедшие с Маноцким к Будаю старообрядцы включились в борьбу с Россией на Кавказе. Позднее донские казаки сообщили в Посольский приказ, что переход старообрядцев с Кумы на Аграхань состоялся по договоренности между Мисостом и Будаем. Будай приезжал в Большую Кабарду «по них нарочно» и «шертовал, что он их никому не выдаст и не отпустит, и будет беречь»[2014].

Крайне интересные данные о раннем «кабардинском» периоде жизни старообрядцев на Северном Кавказе сообщил казак Моисей Васильев сын Мисюрка. Из его рассказа понятно, что какое-то число старообрядцев во владениях Мисоста осталось после 1689 г., но жили они не в отдельном поселении, а в кочевье крымских татар, находившемся на землях Мисоста. Мисюрка попал в плен к раскольникам во время возвращения из Астрахани на Дон. Его рассказ записан осенью 1694 г. и относится к началу 1690-х гг.: «Напали на них воры роскольщики донские казаки, которые передались к озовцом и преж сего жили на Куме-реке. И привели ево в Каберду, в их поганское кочевье к Сабез-Гирею-салтану. Тому ныне третей год ис Каберды с тем выше помянутым салтаном пошел на Кубань волею своею, и с ними роскол держал»[2015].

Упомянутый Мисюркой салтан — это Шахбаз-Гирей, сын хана Селим-Гирея, который позднее, уже будучи калгой, сыграл важную роль в истории Кабарды. Как видим, в начале 1690-х гг. он также находился в Кабарде, способствуя сохранению власти хана над регионом. Из данного сообщения становится очевидным, что он имел связь с кумскими старообрядцами, а также что какая-то группа старообрядцев осталась при Шахбазе после того, как большинство казаков перебралось с Кумы на Аграхань.

Следует отметить, что для Маноцкого сотрудничество с горскими правителями было одновременно и службой султану. Об этом он заявлял, будучи в 1689 г. в Азове, где договаривался о совместном походе черкес, старообрядцев и азовцев на донские казачьи городки[2016]. Большую Кабарду старообрядцы рассматривали как территорию, подчиненную хану. По крайней мере на угрозы, что против них на Аграхань будут посланы войска, старообрядцы отвечали, что «по ведомости они поидут к хану в Болшую Кабарду»[2017].

Весной 1689 г. противник впервые осадил Терский город, который вовремя успели отстроить после пожара. Сведения об осаде крайне отрывочны. Жившая в городе княгиня Таука Салтанбековна Черкасская[2018] сообщала в Москву о «службах» терского дьяка К. И. Уланова, который «в приход к Терку неприятельских воинских людей в осаде сидел и великим государем служил, в городе над караулы по вся дни и ночи смотрил и от всякие шатости осадных людей берег и государскою милостию обнадеживал»[2019].

Енбулат Эльмурзин, уздень Тауки, сообщал в своей челобитной, что город осаждали шамхал Будай «и иных многих владеней владелцы з горскими черкесы и крымского хана сын с крымскими татары»[2020]. Здесь же рассказывается о том, что перед приходом врага осажденные сожгли находящиеся вне укреплений дворы, чтобы «воинским людем к городу пристанища не было». Защитники Терков неоднократно делали вылазки. В ходе одной из них в плен к крымским татарам попал племянник челобитчика, что и стало причиной составления челобитной. Поскольку в нападении участвовали черкесы, можно предполагать, что упомянутый в документе не имевший титула сын крымского хана — это живший в Кабарде.

К сожалению, в упомянутых документах не указано точное время осады. Оно восстанавливается по косвенным упоминаниям в источниках. В середине апреля 1689 г. п ушки и пушечные припасы выдавались для отряда из 550 астраханских, казанских и московских стрельцов разных приказов, направляемых под Терки «для поиску крымских воинских людей»[2021].

Очевидно, что в это время в Астрахани о происходящем вокруг Терков получали лишь отрывочные сведения. Недостаток информации пытались компенсировать данными разведки. Так, в начале апреля астраханские власти выдавали с Зеленного двора полковую пищаль с припасами астраханцу Денису Сербину, посылаемому по указу боярина и воеводы Алексея Петровича Салтыкова на море с семью стрельцами и десятью юртовскими татарами «для проведывания воровских воинских людей»[2022]. Эти данные также подтверждают, что война была перенесена на море и сообщение с Терками оказалось затруднено.