Русско-турецкая война 1686–1700 годов

Рассматривая вопрос о презентации связанных с войной событий в публичном пространстве, следует понимать, что таких пространств было много. Зачастую они существовали изолированно, но иногда пересекались самым причудливым образом. Тем не менее циркулирующую информацию (включавшую как факты, так и различные идеологемы) можно условно разбить на две группы. В первую входят материалы, которые распространялись за границей. Во вторую — предназначенные для внутреннего использования. Во второй группе следует разделять сведения, обращенные к широкой публике, и данные, предназначавшиеся для Боярской думы, в том числе для первых лиц государства. При этом идеологическая составляющая имелась даже в наказах Голицыну. Последнее показывает, как правящие элиты сами воспринимали те идеи, которые затем хотели предложить обществу.

Известия официального характера о ходе военных действий и дипломатических акциях регулярно попадали в западную прессу, а затем переводились для курантов (обзоры иностранной прессы). Русско-турецкая война 1686–1700 гг. стала первой в истории России войной, материалы о которой российские власти систематически передавали европейским газетчикам. Такая практика лишь ненадолго прервалась после свержения правительства царевны Софьи. Характерно, что собственные подданные московских государей фактически не имели никакого доступа к аналогичным данным. Это объясняется не только политическими причинами, но и различиями в системах распространения информации, а также разными культурными традициями.

В Московском государстве рассматриваемого периода использовались два основных канала коммуникации между властями и народом. Первый из них задействовали для обнародования государевых указов, адресованных всему населению страны. Требуемую информацию полагалось «кликать биричем» на торгах и в других местах скопления народа. «Военная» информация через биричей тоже распространялась. Но это скорее были новости «прикладного» характера. К примеру, подобным способом в мае 1687 г. об опасности набегов сообщали местным жителям астраханские власти[2147]. Через биричей в торговые дни воеводы объявляли указы о сроках и местах сбора ратных людей[2148]. Идеологической составляющей здесь не имелось. Второй способ коммуникации — объявление в церкви. Здесь транслировалась информация, имеющая то или иное отношение к идеологической сфере. Использовался этот канал и для обращения к широким массам народа, в том числе и в связи с начавшимися боевыми действиями.

Скорость циркуляции информации напрямую зависела от организации почты, которая в военное время приобретала особое значение. Историк русской почты И. П. Козловский описывает организацию почты от слободских городов и далее по линии Переволочна — Кодак — Запорожье для связи с зимовавшим в 1686/87 г. на Запорожье генералом Г. И. Косаговым, по городам Белгородского полка в ходе первого и второго Крымских походов (в 1689 г. учреждено 20 станов), в ходе Азовских походов (через Оскол и Валуйку в 1695 г., от Москвы до Воронежа в 1696 г.). Почтовые станы на Воронеж и на Азов действовали и в последующие годы[2149].

К приведенным И. П. Козловским данным можно добавить некоторые детали. Вот как была организована почта по пути В. В. Голицына из Москвы к месту сбора полков. В феврале и марте 1689 г. «в розных числех» было выдано государево жалованье (3 алтына 2 деньги человеку) «почтарем розных полков московским стрельцом», которые «в розных местех в городех и в селех по пути крымского походу нынешнего 197-го году поставленны». В частности, стрельцы полка Лаврентия Сухарева — Викула Афанасьев «с товарищем» — стояли в селе Долец Болховского уезда (получили жалованье 22 февраля), в селе Речицы Карачевского уезда расположился стрелец полка Дмитрия Жукова — Андрей Варсагов (выдано жалованье 25 февраля), место «дежурства» другого стрельца полка Л. Сухарева — Матвея Артемьева — не обозначено (получил жалованье 3 марта), наконец, стрелец Петрушка Васильев из полка Бориса Дементеева отправлен с почтой из с. Снагости Путивльского уезда (получил жалованье 5 марта). 12 марта 1689 г. для Посольского приказа «на посылку чрез почты всяких писем в Болшой полк» было куплено (у торгового человека Ивана Степанова) 10 аршин красной и зеленой камки, из которой сшиты «мешечки»[2150].

В ходе Второго похода в Большой полк к В. В. Голицыну регулярно (1, 2, 4, 13, 15, 19, 24, 26 марта; 9, 13, 20, 24, 29 апреля; 10, 14, 21 мая) высылались все заграничные новости, в том числе: информация от резидента из Польши о переговорах с представителями Речи Посполитой, а также «цесарским» и венецианским резидентами в Варшаве; «дневник» прошедшего польско-литовского сейма; составляемые Посольским приказом куранты; переводы грамот польского короля, императора Леопольда I, писем «цесарского секретаря» Адама Стиллы; списки ответных грамот к иностранным монархам; материалы австрийско-турецких мирных консультаций в Вене и переговоров с польским резидентом в Москве; «донские отписки» и др.[2151]