Русско-турецкая война 1686–1700 годов

Официальный нарратив кампании 1687 г. формировался на достаточно узкой базе, поскольку поход оказался неудачным и хвастаться как внутри страны, так и за рубежом было особенно нечем. Тем не менее масштаб военно-мобилизационных усилий осени 1686 г. — весны 1687 г., безусловно, требовал объяснения и оправдания. В этих условиях даже немногочисленные и средние по масштабам бои стремились выдать за крупные победы. Так, с сеунчом о победе Косагова и запорожцев в речном бою на Днепре в Москву 16 июня был послан стольник Василий Богданович Ордин-Нащокин (грамота получена в Москве 30 июня)[2177]; сеунч о победе под Каменным Затоном в столицу доставил стольник Иван Федорович Хрущов (16 июля из лагеря на р. Орчик)[2178], а о разгроме татар под Овечьими Водами — дворяне Федор Иевлев сын Кобяков и Алексей Дуров. Последняя отписка была «взята в верх», в связи с чем царская похвальная грамота В. В. Голицыну была послана против отписки, которая была подана в Приказ Малой России[2179]. Эти сеунчи и другие официальные отписки Голицына, рассматривавшиеся в главе 2, стали основой официальной разрядной записи с похвалой главнокомандующему и войску за участие в первом походе.

Похвала была оглашена 5 сентября в ходе аудиенции у царя Ивана и царевны Софьи главнокомандующего В. В. Голицына, остальных воевод и начальных людей и даже рядовых «в передней полате», а затем у царя Петра «в походе в селе Преображенском». Голицыну, остальным воеводам и всему войску были объявлены царская милость и жалованье (ценные подарки, денежные выдачи и прибавка поместных окладов). Как значимые победы прославлялись бои царских войск с татарами и турками у Каменного Затона, Овечьих Вод и речной бой на Днепре. Главными причинами неудачи похода объявлялся поджог татарами степей и сговор с ними свергнутого гетмана Самойловича. По словам официальной разрядной записи, «хан с татары, видя на себя ваше, бояр и воевод, и полков ваших, их великих государей ратных людей, наступление, пришли в боязнь и во ужас и отложа обыклую свою дерзость нигде сам не явился и юртов ево татаровя не токмо в противление к вам вышли и нигде не показались, и бою с вами… не дали и пришед в самое отчаяние ушли в далние свои поселения за Перекоп и в ыные места»[2180]. Указанная запись должна была стать основой рассылавшихся по городам и крупным монастырям царских грамот с описанием первого похода, которые оглашались населению публично (более подробно описание этого механизма см. далее, на примере второго Крымского похода). Таким образом российское общество официально информировалось о кампании 1687 г.