Русско-турецкая война 1686–1700 годов

Третий воевода С. Б. Ловчиков, помимо полкового воеводства, получил и городовое воеводство в Чугуеве. Туда он прибыл еще в начале 1688 г., приняв 19 февраля у воеводы Ивана Большого Пашкова «город и городовые, и острожные ключи, и денежную казну, и наряд, и зелье, и свинец, и всякие пушечные, и в житницах хлебные запасы»[553]. Указ о сборе воеводского полка Ловчикова был дан в Разряде 8 июля 1688 г. В течение июля — августа на службу в Чугуев прибыли один стольник и двое жильцов из московских чинов, копейный полк Т. Колбрехта (231 человек), Елецкий солдатский полк Андрея Семенова сына Девсена (Девсона) (238 человек), Старооскольский солдатский полк Петра Андреева сына Гасениуса (736 человек), 5 пушкарей. На момент официального роспуска 20 сентября в полку Ловчикова оставалось 1208 человек, не считая полковников и начальных людей. Помимо высокой неявки (как и в остальных полках), полк чугуевского воеводы пострадал и от высоких, по сравнению с двумя остальными соединениями, небоевых потерь. В течение двух месяцев в полку умерло 295 человек![554]

Не будет преувеличением сказать, что группировка Б. П. Шереметева, комплектовавшаяся по остаточному принципу, когда наиболее подготовленные полки маршировали с Л. Р. Неплюевым на Самару, вряд ли была способной исполнить возложенные на нее Москвой задачи по обороне городов Изюмской черты. Помимо приведенной выше статистики (численность нарядов была едва исполнена наполовину), сама хроника боевых действий на черте летом — в начале осени свидетельствует об этом со всей очевидностью. Ни Шереметев, ни его сходные товарищи — Хитрово и Ловчиков не предприняли никаких действий, чтобы помешать разорительным татарским набегам на слободские города. Вся тяжесть по борьбе с ордой легла на плечи харьковских и изюмских казаков.

Между тем в середине августа последовал новый удар. 17 августа 900 татар, перейдя вал «против Валковского сторожевого городка», атаковали Соколов, Мерефу и Змиев, и, как сообщал Г. Донец, «многих людей поимали и порубили». Сотники, стоявшие с отрядами на черте у Нового Перекопа, «чинили с татарами бой», но результаты этой стычки неизвестны. Новому нападению подвергся также Бишкин, возле которого на крымской стороне Северского Донца было взято в плен 40 человек[555].

3 сентября очередной татарский отряд численностью 1600 человек в сопровождении янычар подошел к Северскому Донцу в районе двух бродов — выше Балаклеи и ниже Андреевых Лоз (Андреевки). Татары заложили кош, выслав янычар охранять оба брода, после чего половина отряда (800 человек) перешла реку только через один из них — в районе Елченкова Кута и ударила на Андреевы Лозы и Балаклею, разорив указанные населенные пункты («побрали в полон андреевских и балыклейских жителей и побили многих людей»). В Андреевых Лозах людей хватали прямо во дворах, а в Балаклее было захвачено 15 человек. Уцелевшие служилые люди пытались на переправе атаковать отступавших татар, но захватили лишь одного пленного. По получении этих известий чугуевский воевода Ловчиков послал туда 200 солдат и 100 чугуевцев с двумя начальными людьми, в том числе с капитаном во главе. Но 5 сентября они уже не застали татар, которые отошли. Нападавшие оказались частью турки, частью кубанские черкесы и переселившиеся туда раскольники — 16 человек из них утонуло на переправе выше Бишкина леса[556].

17 августа Мазепа в лагере на Самаре получил известие от посланных им разъездов об обнаружении 16 августа «свежего шляха» татар (около 1 тыс. человек), шедших на слободские города. Против них выслали сводный отряд из московских стрельцов гетманского регимента, городовых и наемных полков под командой генерального есаула Войцы Сербина. Отряд, дойдя 20 августа до конских следов, сообщил, что «шлях толь велик, как бы двожды из лука стрелети в ширину» и, следовательно, численность татар следует оценить в несколько тыс. человек. Получив это известие, Мазепа и русские военачальники постановили отряд Сербина, ввиду слабости и усталости лошадей, отозвать и идти против татар, которых мог возглавлять «салтан или какой знатной вождь крымской», самим. Мазепа с Неплюевым выступили в поход 21 августа. Однако уже спустя неделю гетман сообщал В. В. Голицыну из-под Царичанки, что выезжает в Батурин, выпросив у Неплюева для охраны 900 рейтар и оставив казацкие полки по Орели и Ворскле для «для обороны целости городов их царского величества». В начале сентября Мазепа писал Голицыну о своем прибытии в Батурин и пересказывал известия от Б. П. Шереметева, что в районе Торских озер замечена крупная азовская орда, намеревавшаяся прорваться через вал «на урочище Голой Долине» и разорить слободские города[557]. Эта орда (около 1 тыс. человек; 7 знамен) 7 сентября атаковала Маяцкий. Татары зажгли защищавшие город деревянные надолбы, от них занялся посад, где располагались «дворы черкаских слобод»[558].