Русское сектантство

На самом деле ни одна классификация сект не способна учесть все особенности их учения, которое может эволюционировать, вбирать в себя новые черты. Так, например, христоверие, имевшее первоначально мистические черты, выделило впоследствии новоизраильское течение, отказавшееся от мистики и аскетизма, но многие их общины следовали и старой догматике. Духоборчество, начавшееся как рационалистическая секта, выделило постнический толк, ушедший в мистику. Молоканство, поставившее свое учение на почву библейской «разумно толкуемой» книжности (рационализм), выделило прыгунский толк, близкий к хлыстовству (мистицизм). Так называемые мистические и рационалистические религиозные формы не имели в сектантстве устоявшихся черт и сменяли одна другую в ходе развития каждого отдельного вида сектантства.

Прежде чем делить секты на религиозные направления, рассмотрим некоторые термины. Раскол - общинная оппозиция податного земства против всего государственного строя - церковного и гражданского, отрицание народною массою греко-восточной никонианской церкви и государства[7].

Другие исследователи считали расколом отступление от учения и правил церкви. Так, В. И. Даль считал, что русский раскол основан на желании хранить старину и чистоту веры, а также на убеждении, что прочие люди от нее отклонились (именно поэтому сторонники раскола и называют себя староверами, старообрядцами[8]). В своем словаре он поповщину и беспоповщину определял как составляющие раскола, а духоборцев, молокан, скопцов и хлыстов не считал раскольниками, а отступниками и еретиками. Отсюда видно, что В. И. Даль понимал раскол в смысле старообрядчества, а прочее считал ересью.

Исследователь В. Кельсиев[9] выделяет в расколе несколько направлений:

- Православное (беспоповцы и поповцы - старообрядцы).

- Молоканское (духоборы, духовные, христиане, субботники).

- Вера Людей Божьих (хлысты, скопцы, скакуны).

К тому же он раскольников иногда называет сектантами, т. е. не разделяет эти понятия, и здесь не приходится говорить об исчерпывающей их классификации, как и о том, что данная систематизация Кельсиева точна. Надо также отметить, что четкой систематизации не было ни в царствование Александра I, ни в царствование Николая I. В 1858 году император Александр II заметил, что, «несмотря на обилие у нас печатных книг и рукописных записок, история, статистика и законодательство раскола еще весьма мало обработаны, а это затрудняет правительство не только при решении частных случаев о раскольниках, но и при избрании правильной и твердой системы действия в отношении к расколу вообще; по тому же предмету существует, притом, большое различие во взгляде православного духовенства и некоторых светских чинов, и вследствие этого тем более становятся нужными полные систематические и основательно обработанные сведения о расколе»[10]. Тем не менее систематизация была произведена во времена Николая I. С 1842 года секты стали делить на вредные (поповцы-староверы, отвергающие богоизбранность царя), менее вредные (поповцы, признающие царя, власть), особенно вредные (духоборцы, молокане), вреднейшие (хлысты, скопцы, беспоповцы, иудействующие).

Как мы видим, подобное разделение сект и старообрядцев довольно условно и путано. Подобная схема не дает четкой характеристики сект и не определяет различий в их догмах. Так, например, беспоповцы поставлены в один ряд с молоканами, духоборцами и т. д., в то время как другие классификаторы ставили их в разные группы; староверы-поповцы встречаются в данной схеме Протасова в разных группах, что говорит о некоторой неуверенности разработчиков схем. Это затрудняло выявление сект и ведение дел в их отношении.

Чиновники, отслеживающие сектантов и старообрядцев на местном уровне, часто путали в своих докладах эти два понятия.

Советская историография не выработала какой-либо другой классификации, отличной от предыдущих. Главная ее заслуга в том, что стали четко разделять секты и старообрядцев.

Сектантство рассматривали как народное движение религиозного характера, выражающее протест против господствующего строя[11], либо как религиозную школу, протестующую против господствующей религии[12]. К сектам русского происхождения относили хлыстов, скопцов, духоборов и молокан. Причем исследователи выяснили, что три последние вышли из хлыстовства.

Под расколом в советский период понимали старообрядчество, откуда выделились позже поповщицкий и беспоповщицкий толк, впоследствии раздробившиеся на многие направления. Особенность советской историографии сектантства в том, что к изучению сект подходили с позиций марксизма и уделяли мало внимания религиозной стороне проблемы, более рассматривая социально-экономический аспект[13]. Но для развития исторической науки рассмотрение проблемы с разных точек зрения все равно полезно.