Саладин. Победитель крестоносцев

Султану посоветовали послать против этого человека старшего из его братьев, Шамс ад-Даулу ал-Малика ал-Муаззама Туран Шаха, благородного, возвышенного эмира, выделявшегося редкостными чертами характера. Я слышал, как султан восхвалял благородный нрав и замечательные качества своего брата, «в которых он превосходит меня», как он говаривал. Туран Шах отправился в Йемен в месяц ражаб 569 г. (в феврале 1174 г.), и его руками Аллах даровал нам власть над этой страной. Он [Туран Шах] убил еретика (хариджита), захватившего там власть, сделал себя повелителем большей части страны и одарил дарами и подарками великое множество людей».

В то же время Саладин стремился максимально отсрочить прямое военное столкновение с Нур ад-Дином. Он знал, что сирийские эмиры становятся все более своевольными, да и сам Нур ад-Дин старше его на 22 года, а значит, имеет все шансы умереть раньше. И тогда его держава наверняка распадется и отдельные эмиры станут для Саладина легкой добычей.

В июле 1173 года, меньше чем через два года после событий у Шаубака, произошел аналогичный случай. Саладин отправился в поход на восточный берег Иордана. Нур ад-Дин выступил ему навстречу с войском. Саладин опять поспешил вернуться в Египет, сообщив, что его отец находится при смерти. Айюб как раз в это время впал в кому в результате падения с лошади 31 июля. Он умер 9 августа 1173 года. Нур ад-Дин, понимая, что у него не осталось влияния в Каире, готовился к захвату Египта».

Вот что пишет Баха ад-Дин по поводу смерти отца Саладина: «По возвращении из похода, еще не достигнув Мисра, султан получил известие о кончине своего отца, Наджм ад-Дина. Он был очень опечален, что не был рядом с ним в его последние минуты. Наджм ад-Дин умер, упав с лошади; он очень любил скакать во весь опор и играть в поло. Он играл в него с таким увлечением, что видевшие его говорили: «Этот человек точно погибнет, упав с лошади». Он умер в Мисре (Каире) в 569 г. (1172–1173 гг.).

Но тут правитель Сирии внезапно серьезно заболел, по-видимому, очень тяжелой формой ангины. Его врачи прописали ему кровопускание, но он отказался. «Человеку шестидесяти лет кровь не пускают», — сказал он. Пробовали другие средства, но ничто не помогло. 15 мая 1174 года в Дамаске было объявлено о смерти Нур ад-Дина Махмуда, святого князя, моджахеда, объединившего мусульманскую Сирию и создавшего предпосылки для объединения арабского мира против крестоносцев. Во всех мечетях по вечерам собирались, чтобы читать стихи из Корана в его память. Саладин, хотя и соперничал с Нур ад-Дином, стал продолжателем его дела. Ходили слухи, будто он отравил Нур ад-Дина, но это предположение кажется невероятным, поскольку султан Египта не имел своих людей в ближайшем окружении владыки Сирии, да и симптомы болезни Нур ад-Дина не указывают на отравление.

Вот что пишет о смерти Нур ад-Дина Баха ад-Дин: «Асад ад-Дин, Нур ад-Дин умер от воспаления горла, которое врачи не сумели вылечить. Он скончался в среду, 11 дня месяца шаввал 569 г. (15 мая 1174 г.) в дамасском замке. Преемником его стал сын ал-Малик ас-Салих Исмаил. Салах ад-Дин рассказал мне следующее: “Мы получили сведения, что Нур ад-Дин выразил намерение пойти походом на нас, в Египет, и некоторые члены нашего совета считали, что мы должны выступить против него и открыто порвать с ним. Они сказали: «Мы пойдем в поход против него во всеоружии и изгоним его отсюда, если услышим, что он намеревается вторгнуться на нашу землю”. Я был единственным, кто возразил против этой идеи, сказав: “Мы даже думать не должны о таких вещах”. Споры среди нас не прекращались до тех пор, пока мы не получили известие о его смерти».

Важнейшая функция, которую приходилось исполнять султану, была судебная. Баха ад-Дин свидетельствует: «Наш султан был справедливым, милостивым, сострадательным и готовым прийти на помощь слабым против сильных. Каждый понедельник и четверг он сидел на людях, верша правосудие, и при этом присутствовали законники, кади и люди, сведущие в законах. Выслушивали всех, кто стал жертвой несправедливости, — великих и малых, старух и слабых. Он занимался этим не только тогда, когда находился в городе, но и во время путешествий; и он всегда собственноручно принимал подносимые ему петиции и делал все возможное, чтобы положить конец тем безобразиям, о которых в них сообщалось. Ежедневно он собирал множество таких документов и открывал двери правосудия (для жалобщиков); он никогда не прогонял тех, кто приходил к нему, чтобы пожаловаться на причиненные обиды или потребовать возмещения причиненного ущерба. Ежедневно днем или вечером он проводил час со своим секретарем и писал на каждой петиции тот ответ на нее, который подсказывал ему Аллах».