Самосознающая вселенная. Как сознание создает материальный мир

Антрополог Грегори Бэйтсон отмечал сходство между техникой коана и «двойным захватом» в психотерапии. Двойной захват нейтрализует эго, парализуя его. Эго-самость не может справиться с безнадежным качанием от одного выбора к другому, например, в такой ситуации: если ты скажешь, что этот пес — Будда, я тебя ударю. Если ты скажешь, что этот пес — не Будда, я тебя ударю, и если ты ничего не скажешь, я тебя ударю[87].

Необходимые условия, создающие ситуацию «двойного захвата», таковы: а) в ней участвуют два человека, и б) между ними имеется связь, которую нельзя разорвать. То есть ситуация такова, что человек, попавший в «двойной захват», временно отказывается от автономии своего эго. Конечно, как только происходит скачок к новому контексту жизни — в дзэн это событие называется сатори, — работа мастера выполнена, и он с любовью освобождает «двойной захват».

С помощью катапульты «двойного захвата» мастер дзэн нацеливает мыслящий ум на превосхождение эго-тождественности. По контрасту с этим в суфийской и христианской традициях учителя сосредоточиваются на чувствующем уме, давая ему указание любить, не ожидая ничего взамен. Само эго-«я» так же не способно бескорыстно любить, как и решать коан. В обоих случаях учителя хотят создать для своих учеников творческое затруднительное положение.

Можете ли вы представить себе, что значит любить кого-то просто так — не потому, что есть возможность вознаграждения эго, не из-за того, что вы влюблены, не потому, что у вас есть причины любить? Эта любовь исходит с уровня буддхи. Мы не можем вызывать ее по собственной воле. Мы можем только отдаваться ей в творческом раскрытии.

Есть китайская басня о сходстве и различии между раем и адом. И рай, и ад — это пиршества с большими круглыми столами, уставленными изысканной пищей. В обоих местах палочки для еды имеют около полутора метров в длину. Теперь о различии. В аду люди тщетно пытаются использовать палочки, чтобы поесть самим. В раю каждый просто кормит того, кто сидит за столом напротив него. Будут ли кормить меня, если я кормлю другого? Отказ от этой неуверенности уровня эго ведет к пробуждению доверия.

Безусловная любовь в той же мере требует доверия от любящего, в какой способствует доверию со стороны любимого. Великий китайский учитель даосизма Чжуан Цзы обычно рассказывал своим ученикам такую притчу: представьте себе, что человек плывет на лодке и внезапно видит еще одну лодку, идущую прямо на него. В раздражении и гневе он громко кричит и неистово машет рулевому той лодки, чтобы он изменил свой курс. Но затем лодка подходит ближе, и он видит, что в ней никого нет. Его гнев проходит, и теперь он сам отворачивает от пустой лодки.

Что происходит, спрашивает Чжуан Цзы, если мы подходим к другим из пустоты сердца, без предвзятых идей? В такой непредубежденной ситуации пул вероятности выбора распространяется на творческое измерение. Квантовая волна нашего ума расширяется и готова включать в себя новые реакции: меня не побуждают к любви ни желание, ни потребность в защите, ни образ — я волен любить без какой бы то ни было причины. Именно эта безусловная любовь подавляет нашу тенденцию к реагированию.

Из трех видов йоги, описанных в Бхагавад Гите, карма-йога — самая простая и, одновременно, самая трудная. Она также наиболее важна для нашего времени, ибо конечная цель карма-йоги состоит в правильном действии. На пути к возвышенному существу, от которого исходит правильное действие, необходимо значительное духовное развитие. Гита предлагает постепенный, трехстадийный подход.

На первой стадии следует практиковать действие без желания получать его конкретные плоды. «Отдавай плоды действия Богу» — говорит Гита. Это то, что обычно называют карма-йогой.

На второй стадии человек действует из служения Богу. Если бы вы спросили Мать Терезу, где она находит силы, чтобы изо дня в день служить нуждающимся в Калькутте и по всему миру, она бы сказала — служа бедным, я служу Христу. В своей работе она каждый день встречается с Христом, и этого для нее достаточно. Это карма-йога, в которой пробудилась любовь.

На последней стадии человек живет как средство правильного действия, а не как субъект, действующий на объект. Это карма-йога на пороге освобождения.

Хотя духовное развитие происходит постадийно, никакой метод не ограничивается только одной стадией. На всех стадиях саморазвития одновременно используются все три йоги — действия, любви и мудрости. В буддизме явно признается этот спиральный характер различных видов йоги. Если вы посмотрите на восьмеричный путь Будды, то найдете в нем все три пути. Если мы используем их вместе, то один путь усиливает другой. Чем больше мы действуем бескорыстно, или чем больше мы медитируем, тем больше мы способны любить. Чем больше мы любим, тем более зрелой становится наша мудрость. Чем мы мудрее, тем более естественно для нас бескорыстное действие.