Сапер. Том III

Что же, пойду узнаю, как оно тут и что. Не может такого быть, чтобы в таком коллективе не образовалось хоть какой-нибудь власти. Тем более, что большинство тут, судя по одежке, армейцы. Такие как я, которые в цивильном, сильно в меньшинстве.

Ага, а вот и шакалы прискакали. Двое в форме, один по гражданке. Этот главный у них, впереди идет. А вот базарить — выпустили ханурика в гимнастерке со споротыми петлицами. Ну, судя по всему, там пусто было. Может, даже и форма не его.

— Слышь, дядя, мне твои прохоря нравятся, — сразу заявил он, пытаясь изобразить крутого вора. Только фиксы не хватает для полной радости. — И клифт на мне смотреться лучше будет. Раздевайся, дружок, да поскорее!

И тут он ошибку сделал. Слишком быстро подошел. А я, хоть голова и гудела, будто ее в колокол засунули, еще не совсем дошел, так что зарядил ему в нос от всей души, аж хрустнуло у него там. Он растерянно посмотрел на меня, потянув обе руки к шнобелю, из которого уже потекло в две струи, и я добавил ему под дых. Он так и сел на землю. Да уж, кто в рукопашную ходил, тот навык не потеряет.

— Ты ж в блатари метишь, землячок? — спросил его я. — Так я тебе, считай, помог. Что это за бродяга с ровным носом и без шрамов?

Гоп-компания на всё это смотрела без особых чувств. Но не вписались. И то хлеб. Помогли корешку подняться и отвели в сторону. Да и выглядели они, если посмотреть, совсем не грозно. Худющие, синюшные. Видать, с жратвой тут напряг.

— Хорошо ты им вдарил, — ко мне подошел крупный лысый командир. Майор, судя по петлицам. Весь зарос рыжеватой бородкой, но череп блестел словно бильярдный шар.

— Таких гнид надо сразу давить — или потом на шею сядут и поедут.

— Тут одна дорога ехать — вздохнул майор. — В сарай с трупами. Меня Иваном звать

— А по отчеству?

— Федорович. Ты из каких будешь? Гражданский? Зовут как?

— Петр я. Громов. Можете звать Громом.

— Где-то я тебя видел, Гром…, — Иван внимательно на меня посмотрел, потом резко взял мою правую ладонь, потрогал пальцы. Ага, мозоль от спускового крючка винтовки ищет. Только я вот стрелял из пистолета и то нечасто.

— Точно, гражданский — вздохнул майор — Пойдем познакомлю с нашими, собрался тут коллектив.

Короче, просветили меня про порядки в этом веселом месте. Пайку привозят раз в день, утром. Холодную баланду, большей частью состоящую из воды с небольшим добавлением картофельных очисток и какого-то мусора. И воду в бочке. Вот и весь рацион. К утру выносят по паре десятков трупов умерших от холода и ран.

Есть еще надежда, что принесут еды местные жители, немцы этому не препятствуют. Но этого добра немного, кому как повезет. И да, байка про то, что родне своих отдают, это правда. Причем, без аннексий и контрибуций, бери своего мужика и топай. Заявление, что ли, пишут. Поэтому с утра к колючке все и идут, даже такие, как я, у которых тут никого нет — а вдруг какая баба себе мужика решит отхватить. Всё же шанс какой-никакой есть.

И про самое главное мне тоже сказали. Про побеги. Да, возможно. Было. Аж два раза за десять дней, сколько тут этот курорт действует. И кончилось. Потому что мало кто захочет деру давать, когда точно знает — из его барака каждого десятого расстреляют. Да и люди здесь с голодухи еле ноги тянут, далеко не уйдешь. Вот такой расклад.

Ладно, посмотрим, Но сдыхать здесь я не собираюсь. Что-то сделаю всё равно. Не будет выхода — лучше на колючку бросится, чем такое.

Спали вповалку всем большим коллективом, чтобы не потерять шанс хоть как-то согреться. Да и какой тут сон на таком дубаке? Так, глаза прикрыть и проснуться от того, что чувствуешь как начинаешь промерзать насквозь.

Утром из нашего барака вынесли двадцать три человека. Я почему так точно знаю? Так сам и участвовал в этом. Взяли за руки-ноги вчетвером и потащили. Нет, не оговорился я. Сил просто мало у кого осталось, чтобы носить. Вот так, протащат метров пять-семь, и останавливаются с языком на плече. Сарай этот забит был полностью. Раз в день трупы вывозят в какой-то карьер, выкладывают в траншею, в которой немного присыпают сверху известкой и землей. А сверху еще рядок. После пятого слоя землицу равняют и идут дальше. Вот вчера пятый слой шестой траншеи начали. Длина траншеи метров тридцать, их там предусмотрительные немцы нарыли немало. А откуда знают? А свои же и ездят, хорошая работа, блатная. Не всех подряд берут. Копарям пайку дают.

Вот за что майору Ивану спасибо, так за котелок. Вернее, крышку от котелка. Видать, от кого-то по наследству перешла вещица. Очень полезная, кстати, потому что баланду привозят и раздают, но во что — это личная проблема каждого. Хочешь — в фарфоровую тарелку, а хочешь — в пилотку или пригоршню. Так что я теперь обладатель очень ценной и полезной вещи. Если вы думаете, что насчет пилотки я пошутил, то нет. Некоторые и так получали свою порцию. Сколько успеешь, выпьешь, остальное на землю. Вот такие тут будни, чтоб им неладно.