Сборник рассказов о Великой Отечественной войне. 75-летию Великой Победы посвящается!

Проснулся уже на берегу в военном госпитале. Рядом сидел Илья и улыбался. Я улыбнулся в ответ. Да, «хорошее» приключение нам пришлось пережить – едва не попрощались с жизнью. Собравшись писать письмо домой о том, как добрались до места, мы с братом договорились никогда не рассказывать родителям правды, чтобы они не волновались. И свое обещание сдержали. Об этой ужасной ночи родители так и не узнали.

2011 год.

"Знамя Победы".

публицистическая заметка.

Многие события последних месяцев войны до сих пор обходят молчанием. Архивы так и не рассекречены до конца, а самые горькие, «неудобные» и болезненные вопросы по сей день остаются без ответов. Одним из так называемых «неудобных» и болезненных вопросов до сегодняшнего времени остается вопрос: кто, действительно, поднял Знамя Победы? Кто в реалии «забыт» историей? Зачем и почему это было сделано? В этом я и попробую разобраться в предлагаемом мною материале.

30 апреля 1945 года корпуса 2-й гвардейской танковой армии вышли к парку Тиргартен. Для содействия танкистам генерала Богданова в Берлин была прислана 1-я польская пехотная дивизия. Продвижение 5-й ударной армии практически застопорилось. Части генерала Катукова штурмовали Зоологический сад, части генерала Кузнецова – рейхстаг, обозначенный на военных картах как «объект №105».

Бои за «объект №105» войска 3-й ударной армии завязали еще накануне. Никакой роли в жизни Третьего рейха это учреждение времен Веймарской республики не играло, но именно его выбрали на роль «исторического олицетворения германского государства» и «оплота фашизма». А с другой стороны, что-то надо было выбрать. Серое, ничем не примечательное, кроме стеклянного купола, заслоняемое громадами Королевской оперы и «дома Гиммлера», двухэтажное здание рейхстага советские командиры поначалу не смогли даже опознать сквозь дым и мглу, а только прикидывая по плану города.

Гарнизон рейхстага насчитывал около тысячи солдат и офицеров. Вокруг здания были отрыты глубокие рвы, устроены различные заграждения, оборудованы артиллерийские и пулеметные огневые точки. Перед фасадом на прямую наводку были выставлены 88-мм зенитные орудия, справа, у Бранденбургских ворот, – вкопаны танки.

Задача по овладению рейхстагом была возложена на 79-й стрелковый корпус генерала С.Н. Переверткина. В первом эшелоне наступали 150-я дивизия генерала В.М. Шатилова и 171-я дивизия полковника А,И. Негоды. Их поддерживали 23-я гвардейская танковая бригада, 351-й полк тяжелых САУ, 85-й танковый полк и 1203-й самоходный-артиллерийский полк – 63 танка и САУ. Военный совет армии заблаговременно выдал каждой дивизии Знамя Победы для водружения на куполе здания, всего, стало быть, девять знамен. Так, 150-й стрелковой дивизии досталось знамя №5. Комдив генерал В.М. Шатилов вручил его своему фавориту, командиру 456-го стрелкового полка подполковнику Ф.М. Зинченко, а тот, в свою очередь, – «лучшим разведчикам» 1-го батальона – сержантам М.А. Егорову и М.В. Кантарии. Кроме того, в каждом батальоне, роте, взводе, отделении для обозначения занятой территории имелись собственные красные флажки разной величины и формы.

В течение 29 апреля 756-й стрелковый полк 150-й стрелковой дивизии и 380-й стрелковый полк 171-й стрелковой дивизии, захватив мост Мольтке, переправились на южный берег Шпрее и очистили от противника прилегающие здания. В 15 часов части двух дивизий атаковали рейхстаг, но вскоре залегли под перекрестным огнем. Вечером генерал Шатилов ввел в бой 674-й стрелковый полк подполковника А.Д. Плеходанова, который, в отличие от прочих героев этой истории, мемуаров не оставил. Но его записи сохранились у близких:

«29 апреля, примерно в 22 часа 30 минут, меня вызвал на свой НП, который находился в туннеле под железной дорогой, В. Шатилов и сказал:

• Товарищ Плеходанов! У Зинченко большие потери. Говорит, что в батальоне осталось 75 человек. Так что рейхстаг придется штурмовать тебе. Полк Зинченко был действительно сильно потрепан. Оставшиеся в строю солдаты (их было немного) расположились в комнатах большого здания на берегу Шпрее. В одной из комнат я нашел Зинченко. Поздоровавшись, я спросил:

• Будем штурмовать рейхстаг?

Он крепко выругался и ответил:

• Чем я буду штурмовать? Остатками батальона Неустроева? Нет, дружище, валяй сам.